Максимум Online сегодня: 1148 человек.
Максимум Online за все время: 3772 человек.
(рекорд посещаемости был 06 01 2017, 22:59:15)


Всего на сайте: 24809 статей в более чем 1757 темах,
а также 141568 участников.


Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

 

Сегодня: 18 09 2019, 22:52:41

Мы АКТИВИСТЫ И ПОСЕТИТЕЛИ ЦЕНТРА "АДОНАИ", кому помогли решить свои проблемы и кто теперь готов помочь другим, открываем этот сайт, чтобы все желающие, кто знает работу Центра "Адонаи" и его лидера Константина Адонаи, кто может отдать свой ГОЛОС В ПОДДЕРЖКУ Центра, могли здесь рассказать о том, что знают; пообщаться со всеми, кого интересуют вопросы эзотерики, духовных практик, биоэнергетики и, непосредственно "АДОНАИ" или иных центров, салонов или специалистов, практикующим по данным направлениям.

Страниц: 1 2 3 ... 7 | Вниз

Опубликовано : 10 06 2008, 16:19:25 ( ссылка на этот ответ )

История инквизиции

Самое мощное оружие антирелигиозной пропаганды - история самой религии, историческая истина, противопоставленная церковным вымыслам и легендам, а в истории религии – самое потрясающее явление – инквизиция.

Если под инквизицией понимать осуждение и преследование господствующей церковью инакомыслящих – вероотступников, то хронологические рамки инквизиции следует расширить на всю историю христианской церкви – от ее возникновения по настоящее время, ибо епископы еще со времен раннего христианства и по сей день присвоили себе право осуждать и отлучать от церкви тех верующих, которых они считают еретиками.

История инквизиции – прежде всего тайная история. Церковь имела все основания тщательно скрывать и замалчивать или извращать с целях самооправдания ужасающие факты инквизиции. История инквизиции неразрывно переплетается с историей всего общества и ее корней надо искать не в религиозном духе, идей а в условиях и обстановке классовой борьбы между буржуазией и угнетаемыми классами. Чем значительней развивался торговый капитализм в 15-16 веках, тем ожесточеннее боролось дворянство за свое преобладающее положение, за власть и экономическое господство.

Вместе с тем, нельзя забывать и о том, что роль идей в истории инквизиции была также очень важна, и именно идей христианской религии. Она служила инквизиторам, как необычайно удобное, прекрасно приспособленное для целей классового насилия, средство идеологического оправдания этого насилия. Начиная с евангелия и кончая судебниками самой инквизиции, вся христианская литература давала в руки попов-палачей множество средств и способов оправдать самые гнусные формы террора, насилия, грабежа и оправдать их идеей любви и духовного спасения человечества. Тут не было никакого извращения христианских идей, тут не было никакого противоречия с сущностью евангельской веры. И прямо и косвенно – священное писание помогало попам быть палачами, а палачам- разыгрывать из себя “ спасителей душ праведных”.

Если же инквизицию понимать в более узком смысле, подразумевая под этим термином деятельность особых трибуналов католической церкви, преследовавших еретиков, то её рамки сужаются от возникновения этих трибуналов в 12-13 веках то их повсеместный отмены в первой половине 19 века .

С раннего периода существования христианской церкви епископы, и в их числе папы римские , были наделены инквизиторскими полномочиями – расследовать , судить и карать еретиков и пользовались ими на протяжении всей истории церкви. Этими правами продолжают пользоваться после роспуска священной канцелярии, согласно все ещё действующему каноническому праву. Инквизиция , согласно данным ей при утверждении привилегиям , не была ответственна ни перед каким государственным учреждением и не была подсудна никакому светскому суду . Все, что имело какое-либо касательство к инквизиции, могло рассматриваться исключительно инквизиционными трибуналами , деятельность которых все более и более расширялась, неизбежно приходила в столкновение с обычными светскими судами .На решение инквизиционных возможна была апелляция лишь к великому инквизитору и это дело инквизицию страшной и совершенно независимой силой .

В начале 17 века Великий инквизитор Портокареро выступал в защиту положения: судебная власть предоставлена ей богом ,а не королем ; она может отменять все постановления светских судов , т.к. они действуют от имени короля и облачены им властью. Великая Хунта (Совет) узнала и изложила в докладе королю: все владения в которых была учреждена инквизиция, и широко укрепился беспорядок царящих в различных судебных местах вследствие неутомимого усердия инквизиторов распространять свою власть с таким произволом и так неограниченно, не взирая на обстоятельства и лица, что нормальной судебной власти не оставалось почти никаких дел и призванные управлять лишились власти. Нет ни одного рода дел, разрешение которых они, под тем или иным более ли менее мнимым предлогом, не присвоили бы; нет ни одного человека каким бы независимым от их власти не считали его, с которым бы они не обращались как со своим непосредственным подданным, заставляя его повиноваться их указам, налагая на него штрафы, тюремные заключения и другие наказания (Франция при Карле 2).

Ужас который внушала сама идея тюрем инквизиции, так велик, что когда в 1682 году уполномоченные инквизицией отправились к одной женщине в Гранаде (Испания) с целью арестовать её за то, что она невинно злословила с женой секретаря инквизиции, её испуг был так велик, что она выбросилась из окна, смерть казалась ей менее ужасной ,чем несчастье попасть в руки инквизиции.

Процесс обвинения


Для того чтобы искоренить вероотступников, следовало в первую очередь их обнаружить. Из-за того, что еретики перешли к конспирации, ушли в подполье. Это усложнило работу инквизиторов. Для того чтобы привлечь кого-либо к ответственности, разумеется, требовались основания. Таким основанием в делах веры служило обвинение одним лицом другого в принадлежности к ереси, в сочувствии или помощи еретикам .Кто и при каких обстоятельствах выдвигал подобного рода обвинения? Допустим определенную область , где по имевшимся сведениям еретики пользовались большим влиянием , посылался инквизитор .Он извещал местного епископа о дне своего прибытия с тем, чтобы ему была оказана соответствующая торжественная встреча , обеспечена достойная его рангу резиденция , а так же подобран обслуживающий персонал . На богослужении местный епископ представлял населению инквизитора, а последний обращался к верующим с проповедью, в которой объяснял цель своей миссии и требовал, чтобы в течение 6-10 дней все, кому было что-либо известно о еретиках , донесли бы ему об этом .

Наоборот, тот, кто откликался в установленный срок на призыв инквизитором и сообщал ему сведения о еретиках получал награду. В той же проповеди инквизитор объяснял верующим отличительные черты различных ересей, признаки, по которым можно обнаружить еретиков, хитрости, на которые последние пускались, чтобы усыпить бдительность последователей, наконец, способ или формы доноса. Печальная слава, сопутствовавшая инквизиции, создала среди населения атмосферу страха, террора и неуверенности, порождавшей волну доносов, подавляющее большинство которых было основано на вымыслах или нелепых и смехотворных подозрениях. Люди спешили “исповедаться” перед инквизитором в надежде в первую очередь оградить себя от обвинений в ереси. Особенно старались доносчики, действовавшие из корыстных побуждений, в надежде получить за выдачу еретиков часть их состояния.

Наряду с этими источниками был ещё один, питавший “делами” ненасытные чрево “священного” трибунала, а именно : художественные, философские, политические и другие произведения, в которых высказывались “крамольные” мысли и идеи. Несоответствие этих произведений принципам католической ортодоксальности служило более чем достаточным основанием для привлечения их авторов к судебной ответственности. Таких авторов преследовали, допрашивали, пытали, осуждали и весьма часто сжигали, как об этом свидетельствует судьба Джордано Бруно.

Самым ценным, самым желанным способом заполучить еретика считалось не обнаружить его с помощью третьих лиц, а заставить его самого добровольно явиться в инквизицию и покаяться, отречься от своих заблуждений, осудить их и в доказательство своей искренности выдать всех ему известных единоверцев, сторонников и друзей.

Но как добиться такого чуда? При помощи тех же испытанных средств: страха, запугивания, угроз, террора.

И католики, и еретики имели равное основание волноваться. Человек, который чувствовал склонность к ереси, не имел уже более ни минуты покоя при мысли , что слово, сказанное им мимоходом, могло быть передано инквизиции во всякое время его близкими и его самыми дорогими друзьями; под влиянием этой мысли он уступал перед чувством страха и выдавал другого из боязни быть выданным самому.

Однажды запущенная, инквизиционная машина не могла работать в холостую, не подрывая самое себя. Как ненасытный Молох, она требовала всё новой и новой крови, которую ей поставляли еретики, как подлинные, так и сфабрикованные ею же самой.

Инквизиция в России.
ИНКВИЗИЦИОННЫЕ МЕТОДЫ БОРЬБЫ С РАСКОЛОМ


Некоторые исследователи толкуют этот вопрос еще шире, считая, что инквизиция является характерным атрибутом не только католической, но протестантской и православной церквей. Во 2-ой половине 17 века в Московском государстве возникло широкое религиозное движение известное под именем раскола. Внешним поводом для этого движения была церковная реформа, предпринятая патриархом Никоном и вызвавшая резкое столкновение внутри православной церкви между защитниками реформы и противниками. Но основной причиной была борьба крестьян и посадских людей против феодальной эксплуатации. На стороне противников реформы была значительная часть низшего духовенства, недовольного поборами со стороны церковной знати, ее жестокостью, а также усилением ее власти. Раскольники старались затушевать классовые противоречия, на первое место выдвигались споры о вере, об обрядах.

Скрывавшаяся под религиозными спорами классовая борьба вызвала кровавые гонения против сторонников старой веры. Начало кровавого похода против раскольников как врага государства и церкви связано с именем патриарха Никона, который не останавливался перед суровыми мерами, чтобы задушить в самом начале новое антицерковное движение. Начав поход против сторонников старой веры, Никон подвергал пыткам наиболее активных представителей раскола. Им резали языки, руки и ноги, сжигали на кострах.

“Везде бряцали цепи, везде верши звенели, везде Никонову учению служили дыбы и хомуты. Везде в крови исповедников ежедневно омывались железо и бичи. И от такого насильственного мучительства были залиты кровью все города, утопали в слезах села и города, покрывались плачем и стоном пустыни и дебри, и те, которые не могли вынести таких мук при нашествии мучителей с оружием и пушками, сжигались сами”. И.Филиппов.

Повсеместное недовольство инквизиторской жестокостью Никона вынудила правительство (После низложения Никона в 1666 году) расследовать деятельность этого опального патриарха. Хотя кровавый террор не прекратился. В 1681году для борьбы с расколом вновь созвали церковный собор во главе с новым патриархом.

Испанская инквизиция

Испанская инквизиция! Ее мрачная слава затмила злодеяния инквизиторов в других странах. О ее кровавых деяниях написаны сотни книг, о ней пишут и будут писать как испанские историки, так и историки других стран, пытаясь не только рассказать в назидание потомству о ее жестокостях, но и объяснить их, разобраться в сложных корнях, породивших и питавших этот репрессивный орган на службе церкви и испанской короны.

В Испании инквизиция достигла своей “высшей ” степени развития. Испанская инквизиция стала примером, эталоном для учреждений такого же рода во всем христианском мире.

И действительно, нигде инквизиция не действовала так жестоко и всеобще, нигде она не соединяла в себе в такой “совершенной” форме черты церковной и политической (государственной) полиции, как это было в Испании, управляемой католическими монархами.

Первыми жертвами испанской инквизиции стали “новые христиане”- марраны. В Севилье от скученности в тюрьмах разразилась эпидемия чумы. Инквизиторы вынуждены были оставить город и разрешить покинуть его “новым христианам”, но без имущества. Этим воспользовались свыше 8000 марранов и иудеев, бежавших от террора севильской инквизиции. Когда эпидемия прошла, инквизиторы вернулись в город и продолжили свою палаческую работу, и так как их “клиентура” сильно сократилась, то они выкапывали мертвых, судили их останки, отбирали у родственников осужденных наследство.

Томас Торквемада
Он считается подлинным творцом и идеологом Испанской инквизиции. Он возглавлял инквизиционный трибунал в течение первых 18 лет после его создания. Фанатик, видевший основную цель своей жизни в истреблении марранов, которых он считал виновными в вероотступничестве, Торквемада отличался жестокостью, коварством, мстительностью и колоссальной энергией, что вместе с доверием, которое питали к нему Изабелла и Фердинанд, превратили его в подлинного диктатора Испании, перед которым трепетали не только его жертвы, но и его сторонники и почитатели, ибо он, как надлежит идеальному инквизитору, любого даже самого проверенного католика мог заподозрить в ереси, заставить признать себя виновным и бросить его в костер.

К 1492 году испанская корона решила пополнить клиентуру “священного” трибунала, а заодно и свою казну, просто “гениальным способом”. Был опубликован королевский указ, предписывавший всем иудеям в трехмесячный срок принять католическую веру или покинуть Испанию, причем в последнем случае все их имущество подлежало конфискации в пользу испанской короны. После того как инквизиция разделалась с иудеями и “новыми христианами”, она принялась за арабов. Естественно, что подобного рода насилия вызвали возмущение среди мавританского населения. В Гранаде вспыхнуло восстание мавров в 1568 году, но оно было подавлено только два года спустя.

Машина инквизиции, раз запущенная, напоминала сорвавшегося с цепи пса, кусающего без разбора своих и чужих. Ведь дьявол пытался совратить не только марранов и мористов, не только простолюдинов, а и самых могущественных, самых преданных вере христиан. Так рассуждали инквизиторы, относясь с подозрением и недоверием не только к низам, но и к верхам – к королевскому окружению, к университетским кругам, к богословам, писателям, т.е. к среде, к которой принадлежали сами инквизиторы.

Испанский философ Х. Л. Вивес в начале 16 в. писал Эразму Роттердамскому: “Мы живем в столь тяжелые времена, когда опасно и говорить, и молчать”. И в том, и другом случае любому ученому мужу инквизиция могла приписать тайные симпатии к иудаизму, наличие еретических высказываний и поступков, критику действий инквизиции, тысячу всяких других, действительных или вымышленных проступков. Примером тому может служить дело толедского архиепископа Бартоломе де Каррансы. Инквизиция, придравшись к некоторым фразам из его трактата, обвинила в протестантской ереси и арестовала его. Карранса семь лат находился в застенках инквизиции. Только после того как папа обещал признать его виновным, он был выдан Риму, где 9 лет просидел в крепости св. Ангела. Наконец, папский престол признал его “Комментарии” еретическими сочинением, заставил его отречься от еретических ошибок и сослал его в один из монастырей в Орвьето. Каррансе тогда исполнилось 73 года. Вскоре он умер.

Инквизиция ввела с 1526 г. строжайшую цензуру на книги и прочие печатные издания. С 1546 г. инквизиция стала периодически издавать индексы запрещенных книг, значительно более обширные, чем это делала папская инквизиция. Практически в индекс заносились произведения многих выдающихся писателей (Раблэ, Оккама, Овидия, Бэкона, Абеляра и др.) ; за распространение, чтение и хранение их книг инквизиция грозила костром.

В 18 в. деятельность испанской инквизиции была направлена в основном на борьбу с “новшествами”, в первую очередь со сторонниками французского просвещения, французской революции. Это не помешало инквизиции, когда французские войска вторглись в Испанию, не колеблясь выступить в поддержку иностранных завоевателей в надежде, что таким образом она сможет удержаться на поверхности. Наполеон “массой указов стал сваливать старый порядок вещей отменив инквизицию, утвердив лишь одну религию – католическую на территории Испании”. Либеральная конституция 1812 г. повторно отменила инквизицию. Сколько же людей загубила инквизиция? По данным Хуана Антонио Льоренте: сожжено живьем 31912 человек, сожжено в изображении 17659 (сбежавшие и признавшие свою вину, поэтому сжигали лишь фигурки, изображающие приговоренных), приговорено к другим видам наказания 291450, всего – 341021 человек.

Заключение:

Возрождение сорвало покров тайны, окутывавший деятельность инквизиции на протяжении многих столетий. В протестантских странах стали появляться воспоминания бывших узников инквизиции, бежавших из ее застенков. Один из них Севилье Раймундо Гонсалес де Монтес и его работа под названием “Деяния священной инквизиции”. Х. А. Льоренте бывший секретарь испанской инквизиции написал “Критическую историю испанской инквизиции” в 2–х томах. Какими бы недостатками ни обладал труд Льоренте, он даже сегодня, остается одним из основных источников по истории испанской инквизиции, мимо которого не может пройти ни один исследователь, будь он противником или панегиристом “священного” трибунала. Но всей правды не может знать ни кто. Достаточно сказать, что в государственном испанском архиве в Симанкасе(Испания) хранится около 400 тысяч неопубликованных дел “священного” судилища. Их разработка и публикация несомненно расширят и уточнят наши познания о деятельности этого террористического церковного учреждения.
[/b]
Последнее редактирование: 13 12 2011, 08:02:09 от Administrator

 

 

Ответ #1: 16 06 2008, 01:44:26 ( ссылка на этот ответ )

Господи! Это ужасно! Прикрываясь именем Господа, совершать такое зло. Это не служители Бога, а просто исчадия Ада. Инквизиция унесла бесчетное количество жизней, невиновных ни в чем людей. Возможно ли искупить такое зло???  Возможно ли вымолить прощение??? За слезы и страдания детей, их матерей отцов???
пароль к почтовому ящику: q1w2e3r4t5y6q1

 

 

Ответ #2: 20 06 2008, 01:05:47 ( ссылка на этот ответ )

По моему, большинство из нас слышало слово "инквизиция", но вряд ли мы  по-настоящему интересуемся его содержанием. А ведь, правда, это "потрясающее явление".
Обычным поводом для подозрений становилась зависть соседей, подданных или родственников. Зачастую хватало одних только слухов; впрочем, иногда в суды поступали и соответствующие заявления (почти всегда анонимные). В обоих случаях судьи, согласно действующим законам, были обязаны проверить, достаточно ли этих подозрений для предъявления обвинения. Оно могло быть предъявлено на основании «Уголовно-судебного уложения императора Карла V» (так называемый Указ «Каролина»), вышедшего в 1532г. В нем было четко описано, какие подозрения являются достаточными для обвинения в колдовстве или ведовстве. Впрочем, соответствующая статья 44 была такой расплывчатой, что для предвзятого судьи не было ничего проще, чем, опираясь на самые вздорные наветы, начать судебное разбирательство. Не могло помочь и то, что «Каролина» призывала судей быть особенно осмотрительными. Разве причиной доносов не могли стать пустое тщеславие, личная неприязнь, зависть, ревность или суеверие? У судей всегда находились веские доводы по поводу любых возникающих сомнений: ведь сделка с Дьяволом суть «преступление исключительное», а в таких делах достаточно одних только слухов. Опираясь на слухи, многие фанатики привлекали в качестве свидетелей обвинения даже детей, преступников и душевнобольных. Те же, кому посчастливилось избежать доноса, тоже пребывали в страхе, ибо в любую минуту могли быть обвинены по чьему-либо свидетельству (некто мог припомнить своих так называемых сообщников под пытками). Ведь, по мнению охотников за ведьмами, веротступники регулярно встречались друг с другом на игрищах или шабашах, а потому должны были знать, кто еще из живших неподалеку был с ними заодно. Эти сведения выдавливались из них во время допросов с пристрастием, то бишь под пытками. Так судебные протоколы быстро заполнялись именами упомянутых безвинных людей, которым, в свою очередь, приходилось выдавать своих сообщников, и так далее. Противники охоты на ведьм вновь и вновь выступали с резкой критикой этих безумных деяний. Но «благочестивые» охотники не позволяли сбить себя с толку...
В колдовстве обвиняли преимущественно женщин. Ведь в христианском мире, где главенствовали мужчины, женщины считались существами низшими: слабыми, ветреными, неверными, тщеславными, болтливыми и падкими до любого соблазна, что делало их законной добычей Дьявола. Впрочем, число мужчин, обвиненных в распространении колдовства, также постоянно росло. При этом колдунов (друдов) чаще отыскивали в городах, нежели в селах. В колдовстве обвиняли даже детей: с конца XV в. непрерывно росло число детей, которых бросали в темницы как участников ведовской секты, допрашивали, пытали, отправляли на казнь. За этим крылось представление о том, что родители-колдуны, отправляясь на шабаш, берут с собой и малолетних детей..
Так, двенадцатилетний мальчик, арестованный в 1665 г. в южнонемецком городке Ройтлинген, постепенно «выдал» 170 членов дьявольской секты. Сначала ведовские процессы проводила инквизиция. Таким образом, первыми судьями были лица духовного звания. Однако во второй половине XV в. сопротивление инквизиции в Центральной и Западной Европе стало усиливаться, и в конце концов она была вынуждена покинуть эти страны и перебраться в Испанию и Италию. Однако на этом охота на ведьм не кончилась,  вести ведовские процессы стали светские суды.

* hag35.jpg

(124.2 Кб, 580x768 - просмотрено 1962 раз.)

 

 

Ответ #3: 22 06 2008, 04:21:46 ( ссылка на этот ответ )


Появление трактата о ведьмах «Молот ведьм»     Во второй половине XV в. охота на ведьм постепенно распространилась на весь север Европы, сначала Южную Германию, затем Рейнскую область и Северную Германию. Наиболее ревностными поборниками этой травли были ученые монахи-доминиканцы Генрих Крамер (лат.: Генрих Инститорис) и Якоб Шпренгер, но оба встретили непонимание и сопротивление немецких епископов, князей и городских властей. Тогда разгневанный Инститорис, с 1479 г. исполнявший обязанности инквизитора Верхней Германии, отправился в Рим искать помощи у самого папы. Его поездка увенчалась успехом. 5 декабря 1484 г. папа Иннокентий VIII (1484-1492) выпустил так называемую «Буллу о ведовстве» («Summis desiderantes affectibus» - «Всеми помыслами души»). В ней он безоговорочно повторил все, в чем уверил его фанатичный Инститорис: ведьмы нынче расплодились по всей Германии; Церкви и христианской вере грозит смертельная беда. Он, верховный пастырь всех христиан, призывает всех облеченных властью решительно поддерживать «возлюбленных сынов» Инститориса и Шпренгера в деле разоблачения и искоренения дьявольского заговора. Булла, размноженная благодаря книгопечатанию, получила широчайшее распространение и привлекла к себе всеобщее внимание.
     Этим обстоятельством искусно воспользовались Шпренгер и Инститорис, дополнившие папское слово огромным трактатом о ведьмах, опубликованным в 1487 г. под названием «Молот ведьм» («Malleus maleficarum»). Эта книга, состоящая из 3 частей, 42 глав и 35 вопросов, объединила все знания ученых-богословов о ведьмах и весь практический опыт борьбы с ними. Старания авторов оправдали себя: на протяжении двух веков «Молот ведьм» издавался 29 раз, став своеобразной библией охотников за ведьмами. Сегодня трудно понять причины успеха этой книги. Шпренгер и Инститорис учат судей духовных и светских прибегать к самым немыслимым подлостям и жестокостям ради выслеживания и истребления ведьм и колдунов. По их мнению, оправданы даже заведомо лживые посулы.
     Однако не «Молот ведьм» стал причиной объявленной охоты на ведьм. Появление этого трактата лишь ознаменовало тот исторический момент, когда твердыня разума окончательно пала и одержимость ведовством, подобно отравленной туче, нависла над христианским миром Запада. И случилось это не в эпоху «мрачного Средневековья», как полагают многие, а уже на заре Нового времени, времени зарождения идей свободы и первых великих побед пытливого человеческого разума!
 

 

 

Ответ #4: 22 06 2008, 15:33:53 ( ссылка на этот ответ )



    Да, я слышала об этой книге и даже пыталась ее читать, но что-то, увы «полноценного знакомства» так и не получилось, может быть как раз по той причине, что современному человеку «…трудно понять причины успеха трактата».  Тем не менее, я думаю, что появление этой книги в XV веке, и ее последующая популярность, вполне закономерны для того времени, и являются лишь следствием тех событий, которые происходили, тем более, что по сути своей, она просто объединила в себе и обобщила другие многочисленные трактаты о ведьмах и протоколы процессов, которые рисовали самые фантастические картины происходившего.
     Интересно то, что на раннем этапе христианства отношение Церкви к колдовству было двойственным, и лишь в XII-XIII веках ей пришлось принять решения, которые привели к роковым последствиям.
     В XII - XIII вв. на христианском Западе появились секты, выступавшие с критикой господствующей Церкви. Большинство из них, однако, просуществовало недолго, но две превратились в могучие реформаторские движения: секта катаров (т.е. «чистых»; отсюда происходит немецкое слово «Ketzer» - еретик) и секта вальденсов, названная по имени ее основателя Пьера Вальдо. Их появление во многом предопределило отношение Церкви к колдовству и послужило толчком к началу охоты на ведьм. Хотя взгляды катаров и вальденсов по отдельным вопросам веры не совпадали, в одном они были единодушны: обе секты сомневались в правильности господствующих церковных догм и осуждали стяжательство и безнравственность епископов, священников и монахов, проповедовавших жизнь, отличную от той, которую вели они сами: жизнь в святости, простоте и любви к ближним. Это подкупало многих, и число приверженцев этих сект постоянно росло, прежде всего, в Южной Франции и Северной Италии
     На рубеже XII - XIII вв. секта катаров выросла в могучую организацию. Церковь беспомощно взирала на то, как все больше людей отворачивалось от нее. Попытка вернуть утраченный авторитет с помощью широкой проповеднической кампании потерпела неудачу. И тогда папа прибег к последнему средству - силе. Французские рыцари, подстрекаемые сопровождавшими их папскими легатами, превратили область на юге Франции, где жили катары, в пустыню. Этот жестокий крестовый поход против катаров продолжался с 1209 по 1229 г. Он имел самые серьезные последствия как для побежденных, так и для победителей. Покоренным провинциям пришлось подчиниться королю Франции, а Церковь задумалась о причинах катастрофы. Как же могло случиться, что она оказалась в таком бедственном положении?
     Ответ на этот вопрос, найденный папой и его советниками, был роковым: не Церковь повинна в этом и не слуги ее, нет, во всем, что произошло здесь, на мятежном французском Юге, замешан сам Дьявол. Не примеченный ни епископами, ни священниками, распространял он свои еретические учения: учил, что не надо соблюдать заповеди и устраивать пышные богослужения, а должно вести простую богобоязненную жизнь и говорить решительное «нет» греху, богатству, насилию над другими. Подобными лжеучениями смутил он сердца простых людей и способствовал отходу их от Церкви. Вот тут-то и пришлись кстати все эти маги, колдуны, прорицатели, гадатели и прочие мастера темных дел. И если Церковь хотела сохранить свою власть, то она должна была решительнее, чем прежде, повести борьбу. Последствия этих принятых в страхе решений были ужасны.
     Сразу же после жестокого подавления катаров в 1231 - 1232 гг. папа Григорий IX создал главную церковную комиссию для защиты истинной веры - папскую инквизицию. Латинское слово inquisitio означает «розыск».
Трудности существуют для того, чтобы их преодолевать.
Ральф Эмерсон

 

 

Страниц: 1 2 3 ... 7 | ВверхПечать