Максимум Online сегодня: 852 человек.
Максимум Online за все время: 3772 человек.
(рекорд посещаемости был 06 01 2017, 22:59:15)


Всего на сайте: 24665 статей в более чем 1732 темах,
а также 106214 участников.


Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

 

Сегодня: 19 10 2017, 13:40:16

Сайт adonay-forum.com - готовится посетителями и последователями Центра духовных практик "Адонаи.

Страниц: 1 2 | Вниз

Опубликовано : 27 05 2009, 04:19:02 ( ссылка на этот ответ )

Кладбище памяти
 
Многоэтажные дома все чаще теснят территории старых кладбищ и вторгаются в эти "ничейные", но ставшие дорогими в цене земельные участки. При этом возникают непростые экологические и этические проблемы, а также труднообъяснимые феномены и аномальные явления.


В общем энергоинформационном поле Земли (ЭИП) остается информационная память ушедших от нас. Энергоинформационное воздействие на потомков продолжается, согласно законам биоэнергоинформатики, и после ухода предков. Действительно, мы продолжаем взаимодействовать с покинувшими нас близкими и соратниками, продолжаем их деяния вне зависимости от пространства и времени.

Разрушая и уничтожая старые и заброшенные кладбища, мы разрушаем поле памяти единого ЭИП, проявляем вандализм и неуважение к предшествующим поколениям. С их стороны нас ожидает обратное воздействие в виде негативного влияния некрофильных полей на жильцов коттеджей и многоэтажек, построенных на "местах забвения".

В Великобритании проблемы использования старых кладбищ решались еще в XIX веке. Отказавшись от захоронений в несколько ярусов на одних и тех же местах (что оказалось опасным из-за разложения тел на небольших глубинах), американец доктор Джейкоб Биджлоу предложил на старых кладбищах разбивать сады, не ведая о некротических полях.

Монт Оубурнское кладбище в Кембридже в 1831 году стало первым "садом забвения". Рассматривая фотоснимки этого сада можно увидеть изогнутые дихотомичные деревья, указывающие на наличие геопатогенных зон, что подтверждается белыми светящимися пятнами на дальнем плане и сенсорной биолокацией снимка. Вот почему это место следует считать неудачным для сада и для отдыха студентов. Только на комфортной местности могут быть размещены мемориальные парки и сады, где не должно быть никаких увеселительных мероприятий, пикников и т. п. Не надо тревожить дух давно покинувших землю людей.

Места размещения новых кладбищ надо определять с помощью биолокационного метода (БЛМ). Так, например, БЛМ в окрестностях Белянинова (Подмосковье) была выявлена сеть пересекающихся водоносных нарушений на территории проектируемого кладбища, что исключает целесообразность его заложения.

Места старых кладбищ и монастырей на биокомфортных участках считаются святыми, чудотворными и исцеляющими, и их расширение в сельской местности не угрожает биоэнергетическому равновесию окружающей среды. Монастыри, храмы и церкви на таких местах уподобляют святыням, к которым паломники спешат за тысячи километров. Энергия космоса и земли в этих местах исцеляет и облагораживает людей, независимо от их социального положения и вероисповедания. Правда, к сожалению, не все территории старых кладбищ расположены на комфортных участках, вне геопатогенных зон.

Если в сельской местности более бережно относятся к памяти предков и не тревожат их покой, то в городских агломерациях, где нет свободной земли, все чаще отвоевывают ее у усопших. Недавно правительством Москвы  рассматривалась судьба сквера перед кинотеатром "Ленинград". На этом месте было решено восстановить Мемориальное братское военное кладбище героев Первой мировой войны. Но в префектуре Северного округа разрабатывается проект благоустройства и использования этой территории под парк отдыха(!).

Проектирование аттракционов на месте могил не согласуется ни с одним из законов био-энергоинформатики. Это кладбище с потревоженной аурой, благословленное Патриархом Московским и всея Руси Алексием II, становится патогенным сквером, где не будет мирских радостей и душевного покоя у горожан, "попирающих не только погребенных - саму их память".

Согласно народным поверьям, дом, лавочки, карусели и вообще любые сооружения, построенные на месте кладбища с потревоженными могилами, не могут оказаться совершенно "здоровыми", о чем напоминают С. Лебедев и А. Лидин в своей книге "Карма повседневности" (М.: Омега, 1995). В статье "Блуждающие могилы" (Эхо. 1995. № 59) приводятся исторические факты переноса старых могил на новые места спонтанно, без людской помощи.

В XV веке в Линце (Австрия) был случай, когда исчезнувшая могила Штеттенберга, подозреваемого в занятии колдовством, была обнаружена в другом месте. Жители Линца решили, что его прах не может успокоиться и переместился: они сожгли его останки и пепел развеяли по ветру. Церковь и инквизиция по своему реагировали на блуждающие могилы.

В 1627 году трибунал инквизиции в Куэнке (Испания) зафиксировал тайное перемещение старой могилы Педро Асунтоса вместе с почвой, где находился сгнивший гроб. В колдовстве обвинили и сожгли двух ведьм, которые якобы, сотворив заклинания, перенесли эту могилу. Известны случаи перемещения могил в различных временных (на несколько десятков лет от момента погребения) и пространственных (до нескольких километров) интервалах. Так, например, в США в 1895 году была перемещена на новое место (в шестистах метрах от старого) вместе с надгробной плитой могила золотоискателя Давида Лоури, похороненного свыше 30 лет назад.

Обращает на себя внимание перемещение вместе с почвой одиночных, но не парных или групповых могил.Относительно природы феномена блуждающих могил в настоящее время существует несколько версий, в том числе религиозных, или культовых, оккультных (с привлечением науки о быстро протекающих аномальных явлениях - спонтанной телепортации, полтергейста). Однако не исключено и влияние НЛО, тем более что вместо старых могил остаются ровные места.

Приверженцы джайнизма - религиозной секты, сложившейся в Индии в VIV веках до н.э.,- такие перемещения могил считали самым страшным злом, спасение от которого было в самосожжении. В Средневековье "братья чистоты" из тайного исламского общества с помощью эмиссаров разыскивали переместившиеся могилы для использования земли в оккультных обрядах. Эта земля из различных мест, как геоактивных, так и патогенных, возможно, имела различные мистические и целительные свойства. Племена черной Африки, Полинезии и Тихоокеанских архипелагов, жрецы всех культов на Самоа, Гаити и других островах сразу после похорон обливали могилу древесным соком или обкладывали ее ракушками (реже красной глиной), чтобы "могила не ушла".

На островах Тонго есть племя, жрецы которого в одной могиле хоронят сразу двух человек, так как могила с одним покойником может "уйти", в то время как с двумя - нет, ибо душа одного из погребенных воспротивится этому.Некоторые исследователи аномальных явлений, такие, как французский уфолог Шато, отбрасывая мистическую сторону этих  перемещений, увязывают их со спонтанной телепортацией мертвой материи (как известно, телепортация - это одномоментный перенос материального объекта из одной точки пространства времени в другую). Исследователи Ранк и Дж. Э. Уэст связывают эти перемещения с полтергейстом.

Случай пространственно временной телепортации могил описывает испанский конкистадор Педро де Альварадо, посетивший кладбище инкских жрецов. Посвященные в тайны магии выбрали для своих останков временное место на побережье океана, откуда могилы переносятся на возвышенное базальтовое плато, расположенное в двух с половиной километрах. Это место сочленяющихся разломов, куда могли прилетать НЛО, которые предположительно и "помогли" перенести могилы на высокоэнергетичное базальтовое плато, где жрецы видели "белокожих богов".

Альварадо действительно увидел на этом плато шесть могил, перемещенных туда без участия индейцев. В случае с перемещениями могил примеры дальней телепортации не известны (на другие кладбища, в соседние страны, города и деревни).

Биолокационные исследования подтверждают необходимость выбирать под кладбища биокомфортные места, чтобы избежать такого рода явлений. При проектировании и принудительной застройке территории бывших кладбищ, участков массовых захоронений и экзекуций, а также скотомогильников надо учитывать негативное влияние некротических полей на здоровье и душевный покой их будущих "жильцов".

При отсутствии прямых контактов между теми, кто жил, и теми, кто живет, они продолжают взаимодействовать согласно второму закону биоэнергоинформатики.В Санкт-Петербурге в высотных домах, расположенных на бывшем еврейском кладбище, жители чаще болеют, чем в соседних домах, возведенных на комфортной территории, что следует из данных статанализа. В Царском Селе (г. Пушкин) в середине 80-х годов XX века годов были построены десятиэтажки с квартирами улучшенной планировки прямо на чумном кладбище.

Большой стадион и парк на Новочеркасском проспекте в Санкт-Петербурге размещен на бывшем кладбище, и, по свидетельству В. Петрова (Скандалы. 1996. № 16), каждый год какой-нибудь любитель вечерних прогулок по этим местам обязательно попадает в психушку. Когда начали сносить это кладбище, то, по рассказу петербуржца В. Дымова, однажды ночью видели там "танцующие" гробы. Это аномальное явление можно классифицировать как спонтанную телепортацию биологически неживых субъектов.

Под городом Кяхтой в Бурятии дачный поселок отстроен в пределах кладбища! где в 20 х годах производились расстрелы. В домах над могилами фиксируются некротические поля, изменения ауры. Эти некрофильные поля ощущаются и жителями в виде непривычного беспокойства, ощущений необъяснимого страха и подавленности. Такие ощущения, как слабость и болезненность, присущие геопатогенным зонам, характерны и для некротических полей, что отмечалось в городах Улан Удэ (в здании Госкомстата), Канске (в банке) и других.

Как нейтрализовать некротические поля, пока неизвестно. Души после смерти тянутся к тем, с кем в жизни имели энергетическую связь, и у этих жертв, не имеющих энергетической защиты, возникает некротическое заклятие. Душевный дискомфорт, синдром усталости и депрессия свидетельствуют о наличии некротического заклятия. Можно предположить, что подобное влияние некротических полей сказывается и на жильцах домов, возведенных на старых кладбищах и участках массовых захоронений.

В наше тревожное время старые кладбища "помолодели" за счет жертв криминальных разборок, внутренних войн и т. п. Часто эти кладбища расположены в святых местах, где имеются энергетические каналы связи с космосом. И их нельзя кощунственно нарушать. Там лежат многие из тех, кто не осуществил свою земную карму. Будем внимательны и уважительны к старым кладбищам, и никаких застроек и аттракционов на их местах!



"Интересная газета. Невероятное" №8 2008 г.
 

* _.jpg

(46.21 Кб, 300x400 - просмотрено 2113 раз.)

Последнее редактирование: 22 02 2012, 13:29:07 от Administrator

 

 

Ответ #1: 09 02 2010, 22:32:53 ( ссылка на этот ответ )

Домик на костях

На Украине житель села Предущельного, расположенного в Бахчисарайском районе Крыма, получив в наследство от бабушки старый дом, совсем не обрадовался. Дело в том, что данное строение обладало плохой репутацией — люди поговаривали, что никому из жильцов счастья тут не было.

Мать наследника, побывав у экстрасенса, получила совет: поскольку в доме есть «что-то нехорошее», для того чтобы несчастья прекратились, его нужно освятить. Однако еще до совершения ритуала причина неприятностей открылась, когда новый хозяин решил подремонтировать крыльцо, ступени которого разрушил дикий виноград. Чтобы решить проблему кардинально, мужчина потянул за ствол, и тут из-под крыльца посыпались кости. Оказалось, что под входом в дом захоронены в братской могиле семь человек.

Прибывший участковый, осмотрев прах, сказал, что останки некриминальные и очень старые, нужно обратиться к археологам. Те не отказались приехать и датировали кости III—IV веками до нашей эры.

Пока не установлено, как в начале 20-го века удалось провести на этом месте строительные работы, не потревожив захоронения, но ясно одно — теперь дом наверняка перестанет оказывать негативное влияние на его обитателей. Кстати, по словам некогда живших здесь людей, именно злосчастные ступеньки вызывали у них ужас в детстве. Некоторые утверждают, что по дому разгуливали привидения. Теперь все надеются, что проблема разрешилась.
Последнее редактирование: 22 02 2012, 13:29:22 от Administrator

Если нет дальнейшего роста, значит, близок закат.
Сенека

 

 

Ответ #2: 15 11 2010, 15:26:25 ( ссылка на этот ответ )

Почему мы боимся кладбища

Кладбище называют городом усопших, это место — вечный приют тех, чья земная жизнь закончилась. Там всегда тихо, спокойно, в таком месте не принято кричать или громко разговаривать, оно вызывает в душе грусть, печаль и какой-то неведомый страх, граничащий с ужасом. Суеверное, необъяснимое чувство, особенно в ночное время, ощущает почти каждый человек. Но слишком ярко и сильно испытывают его те, кому приходится жить неподалеку от кладбища или передвигаться через него.

Почему мы боимся кладбища? Почему, идя мимо него вечером, испытываем в душе леденящий холод? А это происходит оттого, что за его оградой начинается неведомое, т.е. то, чего мы не знаем, а узнав, никогда не вернемся назад и никому ничего не поведаем. Вот это осознание тупика, безысходности да еще неприятие, внутреннее оцепенение перед мертвым, что само по себе противно природе человека, и наводит необъяснимый панический ужас. Немалую роль здесь играют и рассказы очевидцев, с которыми происходили неприятные истории во время нахождения вблизи кладбища. Но бояться его не стоит.

Сила, властвующая на нем, не причинит вреда, если вы ведете себя достойно, а не пришли проявлять праздное любопытство, распивать спиртные напитки и, не дай Бог, заниматься недопустимыми делами: снимать оградки, вытаскивать кресты, срывать таблички надгробий с именами покойных и т.д. За подобные деяния вас покарают Высшие Божественные Силы, а если вы неоднократно совершаете такой грех, то наказание может последовать незамедлительно и исходить оно будет от Хозяина погоста, встреча с которым не принесет вам ничего хорошего. Поэтому самого кладбища не надо бояться, им надо уметь пользоваться.

 

 

Ответ #3: 12 02 2012, 22:56:52 ( ссылка на этот ответ )

Феномен блуждающих могил
 Осенью 1928 года сэр Артур Хезлем оказался проездом в маленьком шотландском городке Гленисвилл. На местном кладбище почти семьдесят лет назад был похоронен брат его деда, сэр Роджер Хейзлем. В молодости Роджер затеял ссору с отцом, впал в немилость, был лишен наследства и выдворен из дома. Молодой смутьян очень долго скитался по миру, пока не нашел успокоения в нищете и свободе на местном гленсвиллском кладбище. Со временем у Хейзлемов вошло в традицию посещать его могилу, и в последний раз сэр Артур был здесь не менее пяти лет назад. Однако в памяти он сохранил местонахождение могилы Роджера, он помнил и соседнее надгробье с высеченным в граните ангелом.

Войдя на кладбище, он сразу же свернул направо и зашагал по огибающей кладбище дорожке. Могила Роджера должна была находиться в самом конце, у ограды. Но ее там не оказалось! Участок, на котором когда-то была могила, представлял собой ровное, заросшее место. Сэр Артур мог поклясться, что память его не подвела. Вот могильная плита с ангелом, а вот тут, в двух метрах, была могила Роджера, и он отлично это помнил!

Сторож с сизым носом совершенно ничего не мог сообразить по поводу исчезнувшей могилы, и озадаченный сэр Артур обратился в муниципалитет. Единственное, чем ему могли там помочь — это разыскать старую схему расположения могил. Схема подтвердила, что сэр Артур не ошибся, и искал там, где нужно. Кто-то вспомнил о прежнем кладбищенском стороже Питере Фергюссоне. Старика разыскали, и он вспомнил, что несколько раз могила Роджера попадалась ему на глаза, и в последний раз это было года четыре назад. Он отправился с сэром Артуром на кладбище, долго блуждал вокруг надгробья с ангелом и обескуражено развел руками: могила была здесь, но куда она исчезла, неужели осквернители могил ее уничтожили? Однако старик все же отыскал могилу Роджера! Она находилась совершенно в другом месте, в 200 метрах от того места, где сэр Артур навещал ее полтора десятка лет назад. Безусловно, это была та самая могила: небольшой земляной холм, вертикальная плита из темного гранита в виде Мальтийского креста. Но как она могла очутиться здесь? Сэр Артур ни минуты не сомневался, что сам гроб, зарытый на два метра в землю, остался на старом месте, сюда же перенесли только плиту, насыпав для маскировки холмик. Но с какой целью? И вообще, кому понадобилось заниматься подобной бессмысленной и кощунственной работой?

Сэр Артур телеграфировал в Лондон своей тетке, леди Берил, которая, как он точно знал, несколько раз после него посещала гленсвиллское кладбище. Спустя несколько дней приехала сама леди и во всеуслышание заявила, что могильная плита перенесена. Сэр Артур был тверда уверен, что перенесли только надгробье, а сам гроб остался в земле. Чтобы доказать это, он нанял землекопов и велел рыть на месте исчезнувшей могилы. Была выкопана глубоченная яма, но никаких следов гроба в ней не оказалось! Сэр Артур и леди Берил пребывали в совершенном недоумении. Оставалось предположить, что могила Роджера на шотландском кладбище изначально была фикцией, что Роджер никогда не был здесь захоронен, и что его потомки и родичи возлагали цветы и веки фактически пустому месту.

Заинтригованный Сэр Артур решил продолжить эксперимент и приказал землекопам раскопать и новую могилу, хотя был убежден, что яма также окажется пустой. Однако на глубине полутора метров лопата землекопа неожиданно ударилась о крышку сгнившего гроба и проломила ее! Очень осторожно освободили из земли остатки когдато дубового гроба и обнаружили скелет с клоками истлевшей одежды! Присутствовавшая при раскопках леди Берил потребовала осмотреть пальцы кисти руки. По семейному преданию, Роджер, не снимая, носил перстень из индийского серебра с золотыми монограммами «R» и «H». Сэр Артур, уверенный, что обнаруженное захоронение не имеет никакого отношения к предку, лично спустился в яму. На безымянном пальце болтался тот самый перстень, который так тщательно описала леди Берил!

Сомнения исчезли — они раскопали могилу Роджера Хейзлема. К тому же кладбищенские землекопы поклялись, что не может быть и речи о том, чтобы кто-то, не говоря о них самих, вырыл гроб из старой могилы и перенес его в новую. Захоронение Роджера, как подтвердили эксперты, находилось здесь всегда(!), обломки гроба и сами кости скелета так прочно «впаялись» в землю, что практически не отделялись от почвы. Сэру Артуру пришлось согласиться с этим фактом. Предположение, что кому-то понадобилось перенести на новое место не только надгробный каменный крест, но и весьма объемистый кусок почвы вместе с гробом и останками Роджера, было совершенно нелепым. Кроме того, такую работу невозможно было проделать, не оставив практически никаких следов.

Об истории с могилой Роджера Хейзлема много писали в свое время все газеты Великобритании, этим занималась полиция, но ни одной сколько-нибудь правдоподобной версии выдвинуто не было. Впрочем, Сэр Артур и его родственники были отнюдь не первыми людьми, кто недоумевал и едва не сходил с ума, столкнувшись с подобными явлениями.

За пять веков до упомянутых событий, в XV веке в Линце, Австрия, в архивных записях церкви св. Фомы зарегистрирован случай, когда исчезнувшая могила бюргера Штетенберга была обнаружена в другом месте кладбища, что вызвало бурную реакцию суеверных обитателей города. Решили, что покойный бюргер при жизни занимался колдовством, и от этого его прах не может успокоиться на одном месте. Новообнаруженная могила была вскрыта при тысячной толпе, в ней нашли гроб с останками Штетенберга, которые тут же сожгли, и закидали яму камнями, водрузив сверху массивный осиновый крест.

В 1627 году в Куэнке, Испания, трибунал инквизиции занимался делом о тайном перемещении могилы Педро Асунтоса. Захоронение, как и в случае с англичанином Роджером Хейзлемом, было весьма старым, и перемещение также произошло вместе с почвой, в которой находился сгнивший гроб.

В 1740-х годах в окрестности Равенсбурга (Германия) пастухи, перегонявшие стадо, обнаружили могилу с надгробным камнем на берегу реки, где они до этого проходили много раз, но ничего подобного не замечали. На камне была высечена надпись: «Здесь покоится Христина Бауэр, прихожанка церкви Равенсбурга». Пастухи немедленно послали за священником и тот, явившись к могиле, был несказанно удивлен: он прекрасно помнил могилу Бауэр, она была похоронена на видном месте церковного кладбища за свой большой денежный вклад в церковную казну. Пришли на кладбище, и там, на месте могилы Христины Бауэр, обнаружили совершенно пустой и ровный участок земли! Через некоторое время при многих свидетелях произвели раскопки в обоих местах, и прах Бауэр, вопреки здравому смыслу, обнаружили не на кладбище, а в гробу, находящемся под надгробным камнем на берегу реки! Священник окропил истлевший гроб и останки святой водой и распорядился оставить из на новом месте, ежели высшей силе было угодно, чтобы они покоились именно здесь. Могила Христины Бауэр еще очень долгое время вызывала тихий суеверный ужас у местных жителей, пока ее не уничтожили во время боев Первой мировой войны.

Однако то, что загоняет в тупик людей цивилизованных, вовсе не является тайной для некоторых африканских племен и полинезийских туземцев. У жрецов на тихоокеанских островах существует обычай сразу после похорон обливать могилу со всех сторон древесным соком или обкладывать ее ракушками. Делается это, по их словам, для того, чтобы могила «не ушла». Аналогично поступают на Гаити жрецы негритянского культа вуду. На островах Тонго есть племя, в котором в одной могиле хоронят всегда только двух человек. Если могила с одним покойником может «уйти», то с двумя нет: если душе одного из них захочется переменить место, душа другого обязательно воспротивится.

А вот недавний случай, происшедший в фермерском поселке Фоли-крик, западный Канзас, США. Дело происходило в конце 1989 года. Рано утром, выйдя из дома проверить скот, фермер Джо Берни прямо посреди двора увидел могильный холм с покосившимся треснутым каменным надгробьем! Закричав от страха, 60-летний скотовод ринулся в дом и вызвал наряд милиции. Могилу осмотрели. Надпись на плите вся потрескалась, и ее прочесть не могли. Злая шутка исключалась, поскольку следующая ферма находилась на расстоянии 5 километров, а забор вокруг фермы тщательно закрывался на внутренние замки. Когда рабочие вытащили плиту и начали срывать могильный холм, на глубине около полуметра наткнулись на истлевший гроб с останками человеческого скелета, вросших в землю. Только с помощью экскаватора сумели осторожно извлечь гроб с костями и перевезти их за несколько километров в степь, где перезахоронили в глубокой яме. Чьи это были останки, как они попали на ферму, находящуюся вдали от города и его кладбища, объяснить ученые не смогли, хотя фоторепортаж об этом таинственном происшествии обошел многие средства массовой информации Америки.

 

 

Ответ #4: 22 02 2012, 15:49:18 ( ссылка на этот ответ )

ТАЙНЫ СТАРЫХ КЛАДБИЩ

Артем ДЕНИКИН
«Аналитическая газета «Секретные исследования»

Старые кладбища в народных представлениях всегда воспринимались как нечто загадочное и мистическое, порождая массу суеверий. В наш век науки эти суеверия обрели форму уже «наукоподобную», хотя отражают в своей сути то же самое – страх человека перед смертью и мертвыми, неспособность осознать саму смерть – и отделить живое от уже не живого.

«НЕКРОФИЛЬНЫЕ ПОЛЯ»

Достаточно подробно эти новые «наукоподобные» представления о старых кладбищах изложены в книге Н.Н. Непомнящего «XX век: Хроника необъяснимого. Проклятие вещей и проклятые места». Конечно, неподготовленный читатель будет шокирован приводимыми там страшилками, главная из которых – сама попытка придать древним суевериям «научный вид». Путем изобретения таких понятий, как, например, «некрофильные поля».

Что это за «поля» такие, якобы излучаемые старыми кладбищами? И каким прибором их измерить, в каких единицах измерения? Дадим слово автору книги:

«Многоэтажные дома все чаще теснят территории старых кладбищ и вторгаются в эти "ничейные", но ставшие дорогими в цене земельные участки. При этом возникают непростые экологические и этические проблемы, а также труднообъяснимые феномены и аномальные явления.

В общем энергоинформационном поле Земли (ЗИП) остается информационная память ушедших от нас. Энергоинформационное воздействие на потомков продолжается, согласно законам биоэнергоинформатики, и после ухода предков. Действительно, мы продолжаем взаимодействовать с покинувшими нас близкими и соратниками, продолжаем их деяния вне зависимости от пространства и времени.

Разрушая и уничтожая старые и заброшенные кладбища, мы разрушаем поле памяти единого ЗИП, проявляем вандализм и неуважение к предшествующим поколениям. С их стороны нас ожидает обратное воздействие в виде негативного влияния некрофильных полей на жильцов коттеджей и многоэтажек, построенных на "местах забвения"».

Как видим, с первых строк автор огорошил нас открытием сразу двух видов новых полей. Однако посмею утверждать, что все это – нелепости.

Во-первых, «энергоинформационное поле Земли» у автора выступает вовсе не полем, а накопителем «информационной памяти» (что масло масляное): но всякое поле никакой информации и памяти не накапливает (сравните с магнитным полем), а выражает энергию. Информация энергией не обладает по определению, поэтому выдавать информацию за энергию – сущее невежество. В противном случае таблица умножения или данная статья могли бы выдавать энергию для освещения комнаты или для подогрева чайника.

Во-вторых, автор изобрел «некрофильные поля». Согласно толковому словарю, некрофил – это извращенец, получающий сексуальное удовлетворение от полового акта с трупом. Так о каких «полях извращенцев» толкует Н.Н. Непомнящий, написав о «негативном влиянии некрофильных полей на жильцов»? Неужто жильцов будут насиловать некрофилы?

Видимо, уважаемый писатель имел в виду «некротические поля». При этом должен указать, что и тех магов, которые занимаются загробной магией, называют вовсе не «некрофилами», а некромантами. Аналогично и зоофил – это вовсе не зоолог, а зоофилические отклонения – вовсе не зоологические отклонения.

Далее автор рассказывает:

«В Великобритании проблемы использования старых кладбищ решались еще в XIX веке. Отказавшись от захоронений в несколько ярусов на одних и тех же местах (что оказалось опасным из-за разложения тел на небольших глубинах), американец доктор Джейкоб Биджлоу предложил на старых кладбищах разбивать сады, не ведая о некротических полях».

Ага, тут «поля» стали все-таки некротическими, но понимаются, правда, все так же, как, скажем, «колхозные поля». Что касается высказывания о том, что «В Великобритании проблемы использования старых кладбищ решались еще в XIX веке», то и тут неправда. В Европе все кладбища до середины XVIII века располагались в центрах городов (при храмах), где умершие ждали в гробах обещанного Иисусом воскрешения. Но с ростом урбанизации общество сначала во Франции, а затем и в других странах Европы потребовало переноса кладбищ за черту города. К этому вопросу я еще вернусь ниже, а пока лишь констатируем, что проблема переноса старых кладбищ в Европе назрела к середине XVIII века и тогда же была успешно решена, а вовсе не в XIX веке.

«Монт-Оубурнское кладбище в Кембридже в 1831 году стало первым "садом забвения". На переднем плане фотоснимка этого сада изображены изогнутые дихотомичные деревья, указывающие на наличие геопатогенных зон, что подтверждается белыми светящимися пятнами на дальнем плане и сенсорной биолокацией снимка. Вот почему это место следует считать неудачным для сада и для отдыха студентов. Только на комфортной местности могут быть размещены мемориальные парки и сады, где не должно быть никаких увеселительных мероприятий, пикников и т. п. Не надо тревожить дух давно покинувших землю людей».

Последняя фраза сама себе противоречит: как можно в земле кладбища тревожить дух «давно покинувших землю»? Так они покинули землю – или в ней лежат и ее не покинули? Пусть автор сам для себя определится. Это – главное противоречие во всех последующих умопостроениях «исследователей некрофилических полей». Где все-таки находится дух: в могильной земле – или «давно покинул землю»? У этих мыслителей он сразу в двух местах.

Ответ на этот вопрос, думаю, очевиден, если мы задумаемся о том, а что вообще находится на старых кладбищах? Согласно судебной медицине, в обычных условиях вся умершая плоть исчезает за 2-5 лет совершенно, оставляя только кости. Они тоже постепенно разрушаются, но порой могут сохраняться неопределенно долго. Но скелет человека никак не может быть вместилищем его духа, ибо это только кальций и прочие соединения, которые создал наш организм. А плоть (являющаяся на 70% водой) возвращается в круговорот Природы и становится частью Экосистемы: растений, животных, даже других людей. Журнал «Сайентист» как-то писал, что, например, почти каждый англичан, согласно теоретическим выкладкам, должен содержать в себе атомы, ранее входившие в организмы Шекспира и Ньютона. Ясно, что эти атомы не являются носителями духа этих личностей (то есть самими их личностями), как не были таковыми и обрезанные при жизни ногти и волосы этих гениев, включая прочие продукты работы их организмов. Коим является и сам скелет, ничем не отличающийся от ногтей.

Далее в книге:

«Если в сельской местности более бережно относятся к памяти предков и не тревожат их покой, то в городских агломерациях, где нет свободной земли, все чаще отвоевывают ее у усопших.

В статье "Аттракционы на могилах" (Труд. 1996. 28 июля) рассматривалась судьба сквера перед кинотеатром "Ленинград" в Москве. На этом месте правительством Москвы было решено восстановить Мемориальное братское военное кладбище героев Первой мировой войны. Но в префектуре Северного округа разрабатывается проект благоустройства и использования этой территории под парк отдыха (!).

Проектирование аттракционов на месте могил не согласуется ни с одним из законов биоэнергоинформатики.

Это кладбище с потревоженной аурой, благословленное Патриархом Московским и всея Руси Алексием II [Непонятно у автора: неужто его благословение и «потревожило ауру»? – В.Д.], становится патогенным сквером, где не будет мирских радостей и душевного покоя у горожан, "попирающих не только погребенных – саму их память", как подчеркивала газета "Труд".

Согласно народным поверьям, дом, лавочки, карусели и вообще любые сооружения, построенные на месте кладбища с потревоженными могилами, не могут оказаться совершенно "здоровыми", о чем напоминают С. Лебедев и А. Лидин в своей книге "Карма повседневности" (М.: Омега, 1995)».

Этика – этикой, а аура – аурой. Что за «потревоженная» и одновременно «благословленная» «аура» кладбища? Напомню, что само понятие «аура» является околонаучным: советские ученые Кирлиан фотографировали электромагнитные поля живых субъектов, эти поля условно назвали «аурой». Один из американских экстрасенсов рассказывал, что не стал входить в лифт, в котором увидел людей «без ауры»; тот лифт якобы тут же упал и разбился. Как видим, по ОПРЕДЕЛЕНИЮ у мертвого не может быть никакой «ауры». А тут Н.Н. Непомнящий сообщает, что не просто мертвые останки обладают «аурой», но и само кладбище целиком – как муниципальный СУБЪЕКТ – ею обладает.

Далее автор рассказывает про загадочные перемещения могил, приводя, например, такой случай:

«В статье "Блуждающие могилы" (Эхо. 1995. № 59) приводятся исторические факты переноса старых могил на новые места спонтанно, без людской помощи. В XV веке в Линце (Австрия) был случай, когда исчезнувшая могила Штеттенберга, подозреваемого в занятии колдовством, была обнаружена в другом месте. Жители Линца решили, что его прах не может успокоиться и переместился: они сожгли его останки и пепел развеяли по ветру».

Подводя «научную базу» этому и другим случаям, Непомнящий находит:

«Некоторые исследователи аномальных явлений, такие, как французский уфолог Шато, отбрасывая мистическую сторону этих несчастных перемещений, увязывают их со спонтанной телепортацией мертвой материи».

Замечательно: вот еще один переворот в философии. До этого философия знала материю живую и неживую, но, оказывается, есть еще и мертвая материя. Не путайте ее с неживой (вроде камней и штанов), эта «мертвая материя» тем от неживой отличается, что ранее была живой.

Но я не нахожу тут повода отличать мертвое от неживого только по тому показателю, что мертвое – это то, что ранее было структурировано живым, а потому может и должно сохранять какие-то живые черты. Даже если мертвое показывает некие следы процессов, сегодня науке неизвестных, то они – только отражение феномена ЖИЗНИ (о чем наука пока точных знаний не имеет), а не нечто самостоятельное. Поэтому нелепым видится создавать «мир мертвого», когда на самом деле это только часть МИРА ЖИВОГО.

Затем автор книги формулирует проблему:

«При проектировании и принудительной застройке территории бывших кладбищ, участков массовых захоронений и экзекуций, а также скотомогильников надо учитывать негативное влияние некротических полей на здоровье и душевный покой их будущих "жильцов".

В Санкт-Петербурге в высотных домах, расположенных на бывшем еврейском кладбище, жители чаще болеют, чем в соседних домах, возведенных на комфортной территории, что следует из данных статанализа. В Царском Селе (г. Пушкин) в середине 80-х годов были построены десятиэтажки с квартирами улучшенной планировки прямо на чумном кладбище. Большой стадион и парк на Новочеркасском проспекте в Санкт-Петербурге размещен на бывшем кладбище, и, по свидетельству В. Петрова (Скандалы. 1996. № 16), каждый год какой-нибудь любитель вечерних прогулок по этим местам обязательно попадает в психушку. Когда начали сносить это кладбище, то, по рассказу петербуржца В. Дымова, однажды ночью видели там "танцующие" гробы. Это аномальное явление можно классифицировать как спонтанную телепортацию биологически неживых субъектов.

Под городом Кяхтой в Бурятии дачный поселок отстроен в пределах кладбища, где в 20-х годах производились расстрелы. В домах над могилами фиксируются некротические поля, изменения ауры. Эти некрофильные поля ощущаются и жителями в виде непривычного беспокойства, ощущений необъяснимого страха и подавленности. Такие ощущения, как слабость и болезненность, присущие геопатогенным зонам, характерны и для некротических полей, что отмечалось в городах Улан-Удэ (в здании Госкомстата), Канске (в банке) и других. Как нейтрализовать некротические поля, пока неизвестно.

Души после смерти тянутся к тем, с кем в жизни имели энергетическую связь, и у этих жертв, не имеющих энергетической защиты, возникает некротическое заклятие. Душевный дискомфорт, синдром усталости и депрессия свидетельствуют о наличии некротического заклятия. Можно предположить, что подобное влияние некротических полей сказывается и на жильцах домов, возведенных на старых кладбищах и участках массовых захоронений.

В наше тревожное время старые кладбища "помолодели" за счет жертв криминальных разборок, внутренних войн и т. п. Часто эти кладбища расположены в святых местах, где имеются энергетические каналы связи с космосом. И их нельзя кощунственно нарушать. Там лежат многие из тех, кто не осуществил свою земную карму. Будем внимательны и уважительны к старым кладбищам, и никаких застроек и аттракционов на их местах».

Ну что тут сказать? Автор книги опять возвращается к некрофилии: «Эти некрофильные поля ощущаются и жителями», то есть жители ощущают позывы к некрофилии? Над могилами какие-то «изменения ауры», хотя какая «аура» может быть у мертвого тела? Танцующие гробы автор причисляет к ранее упомянутой им «мертвой телепортации», хотя гробы можно считать «мертвыми» только потому, что они – мертвая древесина. Говорит о «каналах связи с космосом», хотя Земля – это и есть космическое тело, то есть сам Космос. И т.д. Нагромождение чепухи.

Мало того, Непомнящий говорит именно о вампиризме (правда, понимая его наивно): «Души после смерти тянутся к тем, с кем в жизни имели энергетическую связь, и у этих жертв, не имеющих энергетической защиты, возникает некротическое заклятие. Душевный дискомфорт, синдром усталости и депрессия свидетельствуют о наличии некротического заклятия». Однако вампир – это не мертвец, а вполне живой коматозник, поэтому ошибочно предположение автора: «Можно предположить, что подобное влияние некротических полей сказывается и на жильцах домов, возведенных на старых кладбищах и участках массовых захоронений».

Нет. Мертвые как раз так же тихи, как и сами камни их надгробий. И на старых кладбищах нет ни вампиров, ни свечений над могилами, что присуще только кладбищам действующим. Единственная опасность – это биологическая, о чем упоминал автор про Петербург. И этот вопрос был мною детально рассмотрен в книге «Вампирология», публиковавшейся в нашей газете. Напомню некоторые моменты.


ИСТОРИЯ ПЕРЕНОСА КЛАДБИЩ

Филипп Арьес в знаменитой книге «Человек перед лицом смерти» дает грандиозную картину изживания христианской традиции создавать кладбища у храмов в центре поселений, не существовавшей никогда ни в одной другой религии мира. Уже к XIV веку во всех крупных городах Франции количество похороненных в центре города в десятки, а то и сотни раз превышало все живое население города. Власти постоянно мучались этой проблемой, изобретая меры по утилизации мертвых. Создавались братские могилы, где на десяти квадратных метрах помещали до 1500 трупов – штабелями.

Жители окрестных кварталов забрасывали городские власти жалобами. Все в доме пропиталось трупным запахом – мебель, одежда, даже еда. Окон не открыть – веет трупятиной. Детей из дому не выпустить – зараза вокруг. Этот трупный запах сопровождал жителей даже вне города, куда бы они выезжали, – настолько они им пропитались. Комиссии показали, что эти районы, соседние с центром города, где находились кладбища, предрасположены к различным болезням, и тут редко кто доживал до старости. Что еще хуже – тут постоянно возникали страшные эпидемии, охватывавшие уже всю страну.

Как пишет Арьес, в XVIII веке общественное сознание в этом отношении сдвинулось с мертвой точки. В 1737 году парижский парламент предложил врачам обследовать городские кладбища – это первый в христианстве официальный демарш в этой области. Со стороны Церкви с идеей запрета христианского погребения у храмов выступил в 1745 году аббат Ш. Поре («Письма о погребении в церквах»). Вот его идеал: чистые, хорошо проветриваемые церкви, где чувствуется только запах ладана, а не чего-либо иного и где «не рискуешь сломать шею из-за неровности пола», постоянно перекладываемого могильщиками. Автор призывает вынести кладбища за городскую черту, дабы обеспечить в городах здоровый воздух и чистоту.

Аббат Поре был далеко не первым, кто предложил церковным властям устраивать новые кладбища за городом (следуя традиции мусульман и иудеев). Но он впервые указал, что воскрешения мертвых, обещанного Иисусом, не следует ждать буквально, среди штабелей гробов с мертвецами, собранных в центре города. Как ждет с минуты на минуту своего отъезда путешественник в окружении чемоданов.

В 1760-е годы против нового кладбища в Париже решительно высказался принц Конде – и был поддержан генеральным прокурором («Стены домов пропитываются зловонием и вредоносными соками, что служит, быть может, неведомой причиной болезней и смертей жильцов»). Это мнение было поддержано парламентом в 1763 году, когда власти были буквально завалены бесчисленными петициями со стороны населения и врачей. Революционное постановление парламента предписывало закрыть все существующие в Париже кладбища и создать за пределами города восемь больших некрополей, где каждый приход имел бы одну общую могилу для всех его обитателей.

20 апреля 1773 года в Солье, в нефе церкви св. Сатурнина, копали яму для женщины, умершей от гнилой горячки. При этом обнажился гроб с телом, погребенным еще 3 марта, и, когда женщину опускали в могилу, гроб раскрылся, и от старого трупа пошло такое зловоние, что никто не мог больше оставаться в церкви. Вскоре из 120 детей обоего пола, которых готовили к первому причастию, 114 опасно заболели, а также кюре, викарий, могильщики и еще более 70 человек. Из них 18 скончались, в том числе кюре и викарий. Этот и другие подобные случаи еще больше настраивали общественное мнение к идее переноса кладбищ за пределы города.

Знаменитый французский врач Феликс Вик д’Азир в «Опытах о местах и опасностях погребений» (1778) утверждает, что во времена эпидемий первыми бывают поражены дома, находящиеся по соседству с кладбищами. Как он пишет, труп больного полностью хранит в себе болезнь и ее заразительную силу. Воздух кладбищ портит все вокруг: не только здоровье людей, живущих поблизости, но даже продукты и вещи в их чуланах. Так, в домах, расположенных вокруг кладбища Сент-Инносан, замечает врач, сталь, столовое серебро, золотые галуны – все быстро теряет блеск и тускнеет.

Врачи не единственные, кто бьют тревогу. Протоколы полицейских комиссаров того времени изобилуют жалобами местного населения. В петиции парламенту жильцы квартала, примыкающего к кладбищу Сен-Мерри, жалуются на то, что «все нужное для жизни» портится у них дома в течение нескольких дней. Эти жалобы продолжались до того момента, когда власти города стали переносить за черту города старые кладбища, перевозить десятки тысяч покойников, очищать землю от трупного заражения. Уже давно этих огромных кладбищ в центре Парижа нет, а парижане даже вряд ли знают, что некогда на местах их домов располагались братские общественные могилы с десятками тысяч покойников.

Как оказалось, проблема городских кладбищ была давно назревшей. Именно поэтому опыт Парижа быстро распространился везде в Европе. Уже через несколько лет в России был издан указ, запрещающий хоронить в пределах города и требующий располагать новые кладбища только вне границ города.

Именно в этот период в Европе в несопоставимых с сегодняшним днем масштабах перенесли массово почти все кладбища из центров городов, построив на их месте жилые кварталы. И сегодня, конечно, жители многих районов Парижа, Лондона, Петербурга, Москвы и др. городов даже не подозревают, что живут на месте не просто кладбищ, а урбанизированных массовых кладбищ, где штабелями покоились десятки или сотни тысяч усопших.

И вполне понятно, что если дети в Петербурге ковыряются возле домов в почве, ранее бывшей местом массовых захоронений, то имеют огромный риск заразиться массой болезней, которые сохраняет эта почва столетиями. Начиная с сибирской язвы и кончая даже вирусами гриппа и иными.

Почва старых кладбищ у Н.Н. Непомнящего в этом вопросе с чудовищной нелепостью называется «чудотворной». Автор книги пишет: «Места старых кладбищ и монастырей на биокомфортных участках считаются святыми, чудотворными и исцеляющими, и их расширение в сельской местности не угрожает биоэнергетическому равновесию окружающей среды».

Это опаснейшее заблуждение. Почва старых кладбищ потому просто напичкана всякой заразой (и никак не может быть «чудотворной» и «исцеляющей»), что ВСЕ умершие несли в нее опасные нам микроорганизмы. Большая часть умерших – умерли от инфекций. Но даже та малая часть, что умерла от «старости», все равно является носителями заразы, причем – малопонятной нашей науке, ибо после смерти любого (пусть самого здорового) тела в нем начинают тут же прогрессировать инфекции, которые ранее подавлялись иммунитетом. И в живом теле просто не могут существовать. Ученые называют эти инфекции «постсмертными» (прогрессируют на 3-5 день после смерти), и ими заражаются (часто со смертельным исходом) те люди, кто тесно соприкасался с покойниками. Целовал их в губы, сопровождал гробы с умершими и т.п.

В этом свете страх наших предков перед старыми кладбищами объясняется именно печальным опытом – последующим мором от всяких диковинных болезней. И я не понимаю, зачем сюда приплетать какие-то «некрофильные поля»?


МЕРТВЫМ – ПОКОЙ

С этической точки зрения идеи типа тех, что высказывает в своей книге Н.Н. Непомнящий, являются абсолютно издевательскими над нашими умершими родственниками – и нами сами, когда мы тоже умрем. И только уловкой видятся попытки автора прятаться за какое-то «благословение Патриархом Московским и всея Руси Алексием II» неких кладбищ, что абсолютно никакого отношения не имеет к его концепции «некрофильных полей».

Согласно концепции автора книги, мы все после смерти будем излучать из своих мертвых тел лучи этих «некрофильных полей», губя живых. Хотя и не являемся ни некрофилами, ни некромантами, ни вообще какими-то «некронами».

Никаких таких аномалий нет в Живой Природе, нет даже в Освенциме, где на мизерном пятачке за несколько лет было уничтожено около 2-х миллионов человек (90% - евреи). Там в Освенциме уже десятки лет музей-мемориал, и никто из его посетителей не был облучен с угрозой для жизни этими «полями». Однако на забытом старом сельском кладбище в какой-нибудь Задрыщево, где за три века было похоронено 100 человек, выводят «биолокационными рамками» «некрофильное поле».

Такие концепции мне кажутся глубоко кощунственными над нашими усопшими и их памятью. Умершие, конечно, уже ничего возразить не могут, в том числе против этого издевательства. Но мы-то должны что-то сказать.

В наших христианских представлениях тело умершего – уже не он сам, а только его оставленная биологическая оболочка, которую в рамках санитарии следует похоронить не более чем за три дня (у южных народов и религий с жарким климатом еще жестче – за день). Но сии «исследователи полей» находят, что это вовсе не оставленная оболочка, а кладезь вредных излучений, сохраняющих «дух» и «ауру» (мол, создающих «некрофильное поле»). Ясно, что это абсолютно противоречит представлениям христианства, как равно противоречит и представлениям науки, и вообще логике и здравому смыслу. Ибо недопустимо смешивать в одну кучу санитарию и «души усопших».

На мой взгляд, тайна наших старых кладбищ – только в таинстве нашего трепетного отношения к нашим ушедшим родственникам, без которого мы уже не можем себя считать человеками. А поиски тут «вредоносных полей усопших душ» кажутся одиозной ломкой нашей человечности.

 

 

Страниц: 1 2 | ВверхПечать