Максимум Online сегодня: 893 человек.
Максимум Online за все время: 3772 человек.
(рекорд посещаемости был 06 01 2017, 22:59:15)


Всего на сайте: 24665 статей в более чем 1732 темах,
а также 106185 участников.


Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

 

Сегодня: 18 10 2017, 14:02:31

Сайт adonay-forum.com - готовится посетителями и последователями Центра духовных практик "Адонаи.

Страниц: 1 2  | Вниз

Ответ #5: 09 12 2009, 01:01:20 ( ссылка на этот ответ )

ЗАВЕЩАНИЕ ФЛАМЕЛЯ

(с) перевод Глеба Бутузова

От переводчика

Как принято теперь считать, текст "Завещания" не принадлежит перу Николя Фламеля; он был написан гораздо позднее, предположительно во второй половине XVIII века. И тем не менее, его нельзя назвать фальсификацией в полном смысле этого слова, так как написан он, несомненно, адептом, следовавшим путем Фламеля, и скрывшим свое имя за подписью старого Мастера, что вполне отвечает Традиции. Как гласит легенда, первоначальный текст был написан Фламелем на полях карманной псалтыри в виде шифра, ключ к которому он передал своему племяннику. Каждая буква имела четыре варианта написания, так что общее число знаков, составлявших код, было 96. Дом Антуан Жозеф Пернети и господин Сен-Марк, обладатели текста (или его копии), потратили очень много времени на расшифровку кода, но безрезультатно, и Сен-Марк уже был готов отказаться от этой затеи, когда Пернети сумел определить знаки, обозначавшие гласные, и вскоре они вдвоем расшифровали все "Завещание"; произошло это в 1758 году. Четыре года спустя Пернети сообщил о существовании неизвестного произведения Фламеля широкой публике в "Литературном Ежегоднике". Однако оригиналы текста (и французский, и закодированный) были объявлены утраченными. В 1806 г. в Лондоне появился английский перевод "Завещания", изданный J. and E. Hodson (см. {http://www.levity.com/alchemy/testment.html}) - очевидно, на основе цитат Пернети, так как текст значительно сокращен; кроме того, английская версия содержит неточности. Чем же мы обладаем сегодя? Эжен Канселье, ученик Фулканелли и неутомимый исследователь, в 1958 году обнаружил искомый текст в коллекции манускриптов Национальной библиотеки в Париже (MS 14765, р. 197-220). Автором рукописной копии, созданной в конце восемнадцатого века, был шевалье Дени Молинье, любитель Герметического искусства, как он себя представил. На основе этой наиболее полной версии и выполнен предлагаемый вашему вниманию перевод. Поскольку оригинал обладает лексическими и грамматическими особенностями, характерными для французского языка пятнадцатого века (если это и мистификация, то выполненная по всем законам жанра), при переводе я столкнулся с определенными трудностями, и я не отрицаю, что в нем могут содержаться неточности, не имеющие принципиального характера. Я также хотел бы обратить внимание читателя на различие субстанций, называемых Фламелем сатурном и сатурнией, ртутью и меркурием, луной и серебром; в этих различиях спрятаны ключи ко многим тайнам, а также ловушки для легковерных и невнимательных. Что касается текста "Завещания" в целом, то по мнению многих (иногда не сходящихся ни в чем другом) современных последователей великого Мастера, ценность текста "Завещания" не вызывает ни малейших сомнений.


Первым шагом на пути к Мудрости является страх перед Богом.
 

ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ

Я, Николя Фламель, парижский писарь, в год 1414, в правление нашего доброго Принца Карла VI, да хранит его Господь, и после смерти моей преданной супруги Перенелль, в память о ней, и ради тебя, дорогой племянник, исполнился намерения описать тайный магистерий Порошка Проекции, или Философской Тинктуры, которую Бог соизволил передать своему ничтожному слуге, и открылась она мне так же, как и ты теперь откроешь оный для себя, следуя в работе моим указаниям. Иди путем истины, прислушивайся к советам Философов, писавших об этой тайне, но не воспринимай слова их буквально, поскольку не будет тебе от этого никакой пользы, а верь только тому, что согласуется с Природой. По этой причине не забывай молиться Богу, чтобы он ниспослал тебе понимание основы, истины и природы, каковые ты станешь искать в этой книге, где я описал все секреты слово за словом, и страница за страницей, в точности как я все делал и совершал вместе с твоей дорогой тетушкой Перенелль, о которой я скорблю весьма сильно. Я передал в этой книге все свое умение, чтобы ты не был обделен манной небесной, и Господь способствовал тебе и помогал; и чтобы ты не забывал петь ему хвалу, и всякое дело начинал и заканчивал молитвой. Книга эта истинно написана моей рукой, и предназначена церкви Сен-Жак и ее приходу, каковым я также открыл тайны известной тебе книги Авраама-Еврея, но я не могу допустить, чтобы эту книгу продавали за деньги, а посему я приложил весьма серьезные усилия, излагая в ней секрет алхимии при помощи выдуманных мною символов, ключ к которым я передаю тебе. Так постарайся же сохранить эту тайну, и не забывай того, кто сообщил ее тебе; вспоминай своего дядю, когда меня скроет пелена времени, потому что я завещаю тебе этот документ, и знание, заключенное в нем, в конце-концов сделает тебя великим мастером философской алхимии; моя радость, мое воление и прихоть заключены в том, чтобы сообщить тебе эту тайну. Делай так, как я, вновь и вновь, следуй тому, к чему я пришел лишь на склоне лет, и каковое знание да будет во славу Божьей Церкви, на помощь бедным, нуждающимся, вдовам и сиротам, подобно приютам и лечебницам, которые я основал, двадцати двум домам призрения, мною построенным и украшенным, в твердой вере и набожности. Поэтому прочти эту книгу, и сохрани в глубине своего сердца, и не сворачивай с прямой дороги истины. Воздавай хвалу милостивому Господу, который через меня разъяснил тебе магистерий, и не забывай, что тебе ясным языком и слово в слово передается все то, что совершили мы с Перенелль, и чего упорно искали с нею в продолжение двадцати трех лет тяжкого труда и уединения, и в конце-концов были вознаграждены успешным - и неоднократным - завершением магистерия, который я представляю тебе, и который я дал слово передать до того, как смерть настигнет меня, в память о нас с тетушкой; сие умение ты должен унести с собой в могилу: поступить так необходимо, чтобы не причинить вреда миру, и чтобы мы с тобой не винили себя в том, что порядок вещей непоправимо нарушен, и хаос воцарился здесь безраздельно. Мне также не хотелось бы, чтобы моя любовь к тебе привела к деяниям, противным Господу. Посему храни тайну этого мастерства, и взывай ко Святому Духу, дабы он способствовал нашим намерениям, укрепил нас, и поддержал в ходе алхимического делания путем Природы.

ТЕОРИЯ

Я начал сей документ словами проповеди, чтобы ты не направлял свои помыслы на практику делания прежде разумения сказанного здесь слова; я бы хотел посредством теории привести тебя к пониманию алхимии как науки, позволяющей сообщать металлическим телам совершенство золота и серебра, и создавать истинный камень жизни, несущий здоровье человеческому телу. Это знание не имеет равных, и на нем основывается великое искусство Философии, позволяющее посредством универсального лекарства превращать Сатурн, Марс, Юпитер, Луну и Меркурий в чистое Солнце, сверкающее и окрашенное подобно драгоценностям, но только гораздо лучше их, и среди остальных своих качеств обладающее способностью и силой побеждать все менее совершенные металлы, а также помогать созреванию растений намного ранее назначенного им срока, и превращать всякие камни в рубины и бриллианты: это искусство и умение при помощи Природы, тайного режима нагрева и верного метода работы, а также основанное на здравом смысле и верном понимании, мало по малу придет к успешному завершению, если только ты, дабы не познать разочарование и в философской работе терпеливо следовать путем Природы, внемлешь мне и будешь иметь лишь два намерения. Первое - это верно расслышать и уразуметь все сказанное здесь. Я очень много работал, и протоптал для тебя прямую дорожку, как человек, истинно уяснивший основания природы, каковые есть Меркурий, Солнце и Луна, о чем я уже упоминал в моей книге, где представлены фигуры, которые ты видишь под аркой Невинных. Но я сильно заблуждался на протяжении двадцати трех с половиной лет, поскольку работал не имея возможности сочетать браком Луну, то есть быстрое серебро, с Солнцем, и выделить из них семенной навоз, каковой является смертельным ядом; я пребывал в невежестве относительно агента или посредника, необходимого чтобы укрепить Меркурий: но без этого агента Меркурий подобен обыкновенной воде, и он не способен растворить Луну или Солнце, как это делает вода фиксированного Меркурия, подобная клинку, заостренному усилиями философа и его умением, что ясно изображено на четвертом и пятом листах моей книги Авраама.

По этой причине твоим вторым намерением должно быть познание того, каким же образом осуществляется укрепление Меркурия металлическим агентом, без чего он никогда не сможет проникнуть в твердые чрева Солнца и Луны, каковые нельзя открыть без сульфурного духа золота и Луны. Таким образом, тебе следует сначала использовать металлический агент, каковым является королевская сатурния, а затем при помощи философского умения привести в действие Меркурий, после чего ты сможешь растворить и превратить в ликер золото и Луну, и выделить из продукта их гниения семенной навоз. Знай же, что нет другого пути и другого способа осуществления этого искусства, кроме того, который я передаю тебе слово в слово; деяние, если его не совершать именно так, как я излагаю здесь, оказывается очень трудным, потому что тела Солнца и Луны весьма прочны, и вскрыть их не так просто; в этом может помочь лишь дух, заключенный в остром клинке Меркурия, полученного путем философских преобразований, а все остальное - обман, шарлатанство и ложный путь, с которыми я сталкивался, к великому сожалению, на протяжении долгих лет; без этих преобразований меркурий остается холодным, землистым и увечным, и его силы недостаточно, чтобы проникнуть во чрево двух совершенных тел Солнца и Луны, и тело такого меркурия, не претерпевшего предварительно нагрева металлическим огнем, выделяет воду; его земля черна, и нечиста, и отторгаема, а сам он является все тем же вульгарным меркурием. Итак, если в этом состоянии он [истинный Меркурий] проникнет в их внутренности, в них войдет астральная жизнь, они начнут развиваться и расти, и станут живыми, каковыми были в рудниках, и осуществится соединение философских и не-вульгарных Солнца, Луны и Меркурия; однако, каким образом мекурий может проникнуть в них? Прежде всего, пойми, что никакая другая вода, кроме Меркурия не способна выжать Сульфур из чрева металлов, и по этой же причине в начале, и в середине, и в конце делания, нельзя достичь положительного результата, потому что это есть активное свойство, благодаря которому все совершается, и, подобно оплодотворенному Сульфуру, все приходит в движение; именно это мы и наблюдаем в рудниках. Сухой дистиллят сульфурного пара и влажный дистиллят пара Меркуриального образуют все металлы, потому что оба они любят и преследуют природу, подобную себе, то есть природа следует природе, и никогда обратное не в природе не происходит произвольно, только лишь благодаря вмешательству искусства, поскольку каждая субстанция любит своего компаньона, как женщина любит мужчину, и они находят радость друг в друге, что весьма ясно следует из четвертой фигуры [книги Авраама], где изображен молодой Меркурий, держащий в руке кадуцей со зловещими змеями, которые обвивают золотой жезл: потому по-другому нельзя познать герметический Меркурий, состоящий из металлических Сульфура и Меркурия, приготовленных философским способом в ходе первой работы.
 

Прислушайся же к советам, которые я записал для тебя, имея искренние и добрые намерения, дорогой мой и любимый племянник, чтобы ты не оступился на своем пути, следовал Богу, доставляя радость моей душе, поступал разумно, имел суждения и намерения справедливые и чистосердечные. Верь твердо, что вся философская премудрость состоит в приготовлении философского Меркурия, потому что в нем заключено все, что мы ищем, и все, что искали мудрецы древности, и мы, как и они, ничего не способны создать без помощи этого Меркурия, приготовленного вместе с Солнцем и Луной, потому что без этих трех составляющих ничто в целом мире не способно завершить вышеназванную философскую и медицинскую тинктуру. Таким образом, весьма естественно научиться выделять из них живое и духовное семя, сокрытое глубоко в их внутренностях, ведь из этого семени происходит материя так восхваляемая в книгах мудрецов, которые говорят, что материя тинктуры, трансмутирующей металлы в золото, является уникальной и единственной, растворяющей всякую субстанцию истинно и без обмана, однако они ни словом не обмолвились о том, как ее приготавливать; сосредоточься же на трех упомянутых субстанциях, и не думай ни о каких других металлических телах, каковые поражены порчей и разложением, в отличие от этих, чистых, цельных и доброкачественных. Твоей целью должны быть Солнце, Луна и Меркурий, приготовленные способом философов, то есть смачивающие не руки, но металл, и имеющие в себе металлическую сульфурную душу, а именно зажженный огонь; и чтобы тебе не сбиться с истинного пути, изучай металлы, потому что упомянутый Сульфур можно найти во всех из них, и он весьма похож на тот, что содержится в Солнце. Легче всего найти его в пещерах и глубинах золота и железа, а также меди, причем в последних примерно одинаковое количество; этот сульфур обладает силой тинктурирования влажной и холодной луны, каковая есть чистое серебро, до степени чистого желтого золота; но это следует делать при посредстве духовного лекарства, то есть ключа, открывающего все металлы, и ключ этот я собираюсь тебе передать. Знай же, что среди минералов есть один, который является вором, и поглощает все, кроме золота и луны, каковые служат на благо этому вору; так как когда они находятся в его чреве, из него удобно приготавливать быстрое серебро, как я тебе говорил ранее.

продолжение следует...

 

 

Ответ #6: 09 12 2009, 01:04:09 ( ссылка на этот ответ )

ЗАВЕЩАНИЕ ФЛАМЕЛЯ

ПРАКТИКА


Итак, не сворачивай с истинного пути, и я поведаю тебе дальнейшее. Настала пора приступить к практическим занятиям, и обязанность эта возложена на тебя во имя Отца, Сына и Святого Духа: Аминь.

 
Прежде всего возьми старшего из перворожденных детей Сатурна - не вульганого - девять частей; затем возьми саблевидных халибд бога войны четыре части. Опусти их в тигель, и когда появится краснота плавления, добавь туда девять сатурновых частей, как я тебе говорил, и одно немедленно поглотит другое. Аккуратно сними накипь, которая образуется на поверхности Сатурнии при помощи каменной соли и винного камня четыре или пять раз; эта операция проделана верно, если ты видишь на поверхности материи астральный знак, напоминающий звезду.

 

Затем изготавливают ключ и клинок, который открывает и рассекает все металлы, но в особенности Солнце, Луну и Венеру, каковые он ест, поглощает и хранит в своей утробе, и с помощью которого ты оказывешься на верном и истинном пути, если действовал как надо, так как эта сатурнова субстанция является растением королевского триумфа, она есть Луна и маленький несовершенный король, которого мы с помощью философского искусства возносим к степени величайшей славы и чести; она также и королева, а значит, Луна и жена Солнца.

 

Она, таким образом, содержит и мужское, и женское начала, и является нашим гермафродитом Меркурием, который представлен на седьмой странице книги Авраама-Еврея в виде двух змей, обвивающих золотой жезл, каковую книгу я постарался описать как можно лучше, чтобы ты смог понять и усвоить сей филососфский документ. Постарайся приготовить достаточное количество названной Сатурнии, поскольку ее необходимо много: скажем, двенадцать или тринадцать фунтов, или даже больше, в зависимости от того, собираешься ли ты работать с большим, или же с малым объемом.

 

Итак, сочетай браком молодого Меркурия, каковой является быстрым серебром, с сатурновым философским Меркурием, каковой пропитает и укрепит быстрое серебро, семь или десять, а то и одиннадцать раз при участии указанного агента, называемого ключом, или острым стальным клинком, поскольку он режет, рассекает, и проникает в тела металлов, и когда ты звершишь эту часть магистерия, тебе следует удвоить и утроить воды, представленные розовым кустом в книге Авраама-Еврея, растущим у подножия дуба, то есть нашего сатурния, каковой также является ключом, и стремится низвергнуть себя в бездну, как утверждает тот же автор, то есть в приемный резервуар, прилаженный к горловине реторты, куда двойной Меркурий направлется под воздействием соответствующего жара.

 

Но здесь обнаруживаются тернии и непреодолимые трудности, если только Бог не откроет свой секрет, или Мастер не поделится им. Потому что Меркурий не сочетается с королевской Сатурнией без помощи одной вещи, знание каковой считается показателем твоих достижений в искусстве, и при помощи которой достигается этот союз и согласие между упомянутыми двумя видами быстрого серебра, без чего не достигнешь цели вовсе. Я не собираюсь ничего скрывать от тебя, мой дорогой племянник; я говорю тебе, таким образом, что без солнца и луны эта работа не принесет тебе никакой пользы. Итак, ты должен заставить этого старика, или прожорливого волка, поглотить золото или серебро в том количестве, о котором я скажу тебе далее. Посему прислушайся к моим словам, чтобы не впасть в ошибку, и следуй тому, как я осуществлял эту работу. Каким же образом следует накормить золотом нашего старого дракона? Заметь, как правильно следует это делать; скажем, если добавить немного золота к расплавленной Сатурнии, то золото конечно же откроется, но быстрое серебо не примет его. Я потратил весьма много времени и труда, пытаясь помочь горю, прежде чем выяснил, каким способом это можно преодолеть. Итак, если ты дашь ему съесть много золота, золото не откроется и не переварится, но зато оно примет быстрое серебро и они сочетаются браком между собой, приняв вид пасты. Следуй же моему совету. Сокрой этот секрет, потому что в нем заключено все, и не доверяй его бумаге, или чему-либо еще, что может быть увидено, иначе он может причинить большой вред. Я сообщаю тебе это под печатью тайны и надеюсь на твою сознательность, потому что люблю тебя. Возьми десять частей золота, весьма мелкого, и очищенного девять или десять, или даже одиннадцать раз последством лишь одного прожорливого волка: затем возьми 11 частей королевской Сатурнии; растопи их в тигле, а после брось туда десять унций чистого золота; растопи эту смесь и размешай раскаленным угольным стержнем. Тогда твое Солнце немного откроется, и станет. Вылей его подобно растопленному маслу на мраморную пластину, растолки в пыль, и смешай с 12 частями быстрого серебра. Дай им створожиться подобно сыру, перемалывая и размешивая массу: промой затем эту амальгамму в обычной чистой воде, пока вода после мытья не будет оставаться прозрачной, а масса не будет выглядеть белой и ясной, как луна; так осуществляется conjunctio с королевской солнечной сатурнией. Возьми затем эту маслоообразную массу, которую следует слегка протереть кусочком полотна или другой мягкой материи: это наш свинец, и наша масса Солнца и Луны, не вульгарная, но философская; помести ее в хорошую реторту из химической глины, а еще лучше стали. Поставь реторту в печь, и приладь к ней ресивер; прибавляй огонь понемногу. Через два часа доведи жар до такой степени, чтобы Меркурий мог попасть в приемный резевуар, и Меркурий этот является водой цветущего розового дерева, а также кровью убитых младенцев из книги Авраама-Еврея; это вода философского Солнца и философской Луны. Ты можешь предположить, что этот Меркурий вкусил немного от тела Короля, и что он будет в дальнейшем обладать большей силой, способной растворить оставшуюся часть, которая будет в большей степени покрыта телом Сатурнии.

 

Теперь ты поднялся на один градус, или одну ступень лестницы мастерства. Вынь оставшийся шлак из реторты, и растопи в тигле на сильном огне, давая дыму сатурнии выйти полностью, поступи как и впервый раз, однако удвоив количество Сатурнии, и добавив девять частей солнца, которое увеличится и откроется в эттом случае значительно больше, чем в первый раз, поскольку Мекурий обладает большей силой, чем раньше, у него есть больше силы и ловкости, чтобы проникнуть в золото, и поглотить большее его количество, постепенно наполняя им свой живот. Следуй же, дорогой племянник, Природе и здравому смыслу, поднимаясь мало-помалу на самую высокую ступень философии, которая вполне отвечает Природе, и которая не стала бы тебе известна, если бы я не передал тебе это умение. Да благословит же Господь то, что я хочу передать тебе, ибо без этого делание принесет лишь разорение, нескончаемые несчастья и лишения, и бессонные ночи. Итак, действуй как и в первый раз; сочетай упомянутый Меркурий, ставший сильнее на одну ступень, с этой новой массой, промой их несколько раз, пока не сойдет вся чернота: затем вытри, как было сказано ранее. Помести все в реторту, и действуй как делал раньше, прилагая в течение двух часов слабый огонь, а затем сильный, достаточный для возгонки Меркурия, и его проникновения в ресивер; тогда ты получишь Меркурий еще более острый, и взойдешь на вторую ступень философской лестницы. Повтори ту же работу, добавляя сына сатурна в соответствующем количестве, то есть понемногу, и действуя в точности так же, как первый раз, пока ты не достигнешь десятой ступени философской лестницы; затем передохни, потому что Меркурий уже воспламенен, приведен в действие, полностью обогащен и полон мужского сульфура, и усилен астральной солью, которая содержится глубоко в недрах золота и нашего сатурнового дракона. Знай же, что я сейчас излагаю тебе то, что ни один Философ ранее не писал на бумаге. Этот [Меркурий] является чудесным кадуцеем, о каковом мудрецы так много говорили в своих книгах, и который, по их мнению, сам по себе обладает способностью довести до завершения философскую работу, и они были правы, поскольку я проделал все сам, используя только этот Меркурий, поскольку именно это и ничто другое является наиближайшей материей и корнем всех металлов, несмотря на все уверения глупцов и недоумков, и только он способен растворить и Солнце и луну до их подлинной природы, и служить для приготовления естественным и простым образом Философской Тинктуры, или порошка, трансмутирующего все металлы в золото и серебро. Некоторые верят, что овладели всем мастерством, если они приготовили небесный Меркурий; но они весьма заблуждаются; именно по этой причине они натыкаются на шипы, прежде чем сорвут розу - из-за недостатка понимания. Также истинно, что если бы они понимали вес, режим нагрева, и истинный метод, у них бы не было много работы, и они не смогли бы ошибиться даже при всем желании. Но этому искусству присуща вполне определенная методика. Учись же у меня, и запоминай, как следует действовать. Во имя Господа, ты должен взять одушевленного Меркурия количество, которое пожелаешь, скажем 2 или 4 части; положи затем его в стеклянный сосуд, добавив туда же две части золотой сатурнии; то есть одну часть солнца и две части сатурнии; все должно быть тщательно соединено в подобие сливочного масла, промыто, очищено и высушено; затем ты должен закупорить свой сосуд замазкой мудрых. Помести его в печь на теплые угли при температуре близкой к той, при которой курица высиживает яйца. Дай Меркурию испаряться и осаждаться в течение 40 или 50 дней, пока не увидишь, как в твоем сосуде образуется белый или красный сульфур, называемый философским возгоном, который вырывается из узды названного Меркурия. Собери этот сульфур скребком: он есть живое золото и живое серебро, которых Меркурий рождает сам из себя.


ПОВОРОТ КОЛЕСА

Возьми этот белый или красный сульфур, разотри в порошок в стеклянной или мраморной ступе, и ороси его Меркурием, из которого он был сделан, в количестве трети веса порошка. Преврати эту смесь в пасту наподобие сливочного масла, помести ее стеклянный сосуд округлой формы, поставь его в печь на подходящий жар углей, весьма умеренный и устроенный по правилам философской практики; нагревай до тех пор, пока описанный Меркурий не превратится в сульфур, и в течение этой варки ты увидишь чудесные вещи, происходящие в твоем сосуде, точнее говоря, все цвета, существующие в природе, которые ты не сможешь наблюдать, если только не очистишь предварительно свое сердце и не откроешь его для Бога в благодарность за такой великий дар.

 

Когда ты достигнешь пурпурно-красного, ты должен собрать его, потому что из него далее изготавливается алхимический порошок, трансмутирующий всякий металл в чистейшее золото, и который ты сможешь умножить, разбавляя его, как ты уже делал ранее, перемалывая его со свежим Меркурием, и подвергая варке его в том же сосуде, в той же печи и на том же огне, но теперь на это уйдет гораздо меньше времени, а свойства порошка будут вдесятеро сильнее. Это и есть весь магистерий, сделанный при помощи одного лишь Меркурия, и в возможность которого многие не верят, потому что они слабоумны и глухи, и не способны осуществить эту работу.

 

Если ты захочешь пойти другой дорогой, возьми хорошего золота в виде мелкого порошка или очень тонких листов: сделай из него пасту, смешав с 7-ю частями полученного тобой философского Меркурия, который и есть наша луна: помести их обоих в овальный стеклянный сосуд, хорошо закупоренный; помести его в печь; нагревай безостановочно на очень сильном огне - таком, чтобы мог расплавить свинец; так ты поймешь, как управлять огнем; и сможешь заставить свой Меркурий, который есть философский ветер, возгоняться и вновь осаждаться на тело золота, каковое тело он мало по малу поглотит, и сокроет в своей утробе.

 

Вари до тех пор, пока золото и Меркурий не перестанут возгоняться и оседать, и остаются в неподвижности; тогда мир и согласие воцарятся между двумя драконами, каковые есть огонь и вода вместе взятые. Тогда ты увидишь в своем сосуде великую черноту, подобную расплавленной смоле; это знак смерти и разложения золота, и ключ ко всему магистерию. Воскрешение и возрождение его наступают лишь после 40 дней вышеописанной непрерывной варки, так что имей терпение; затем твоя материя будет претерпевать изменения, проходя через многие цвета - черный, пепельный, зеленый, белый, оранжевый, и, наконец, красный как кровь или лепестки мака. Твоей целью должен быть этот последний цвет, ибо он есть истинный сульфур, и с ним ты получишь алхимический порошок. Я ничего не говорю о сроке, так как он зависит от умения философа; но в любом случае, ты не потерпишь неудачи, если будешь действовать по моим указаниям.


MULTIPLICATIO

Итак, если ты желаешь умножить порошок, возьми одну его часть, и раствори в двух частях одушевленного Меркурия; сделай из этого мягкую и однородную пасту; помести в сосуд как ты уже неоднократно делал, затем в ту же печь и на такой же огонь, и вари; так ты совершишь второй поворот философского колеса за гораздо меньшее время, чем в первый раз, а твой порошок будет вдесятеро сильнее полученного вначале. Ты можешь поворачивать это колесо сколько пожелаешь, хоть тысячу раз,. Ты будешь иметь бесценное сокровище, равного которому нет в этом мире, и тебе более нечего будет желать на земле, потому что если ты правильно им воспользуешься, у тебя будут и богатство, и здоровье. Теперь ты обладаешь сокровищницей всего мирового счастья, каковую я получил, будучи жалким простолюдином из Понтуаза, трижды совершив магистерий в Париже, в моем доме на улице Писцов, недалеко от церкви Сен-Жак де ля Бушери, и которую я, Фламель, передаю тебе, потому что люблю тебя, во имя Господа, Славы его, во имя Отца, Сына и Святого Духа, которым непрестанно молюсь, дабы они просветили тебя, и повели по дороге истины и света навстречу спасению. Аминь.


О ФЕРМЕНТЕ

Рассуждая о наилучшем способе делания, следует знать как заквашивается философская паста с целью ее обогащения при помощи соответствующего философского фермента. Итак, возьми три части чистого золота, размельченного в порошок, шесть частей одушевленного Меркурия, и полторы части красного сульфура. Сочетай браком эти ингредиенты, растолки их в стеклянной ступе до консистенции масла или сыра, помести эту массу в стеклянный сосуд, тщательно законопать его и подвергни нагреву при температуре, необходимой для высиживания цыплят. В ходе нагрева ты не будешь скучать, потому что увидишь вещи весьма чудесные, недоступные человеческому пониманию, являющиеся бесспорно прекрасными произведениями природы, и превращениями, в ходе которых ты сможешь увидеть цвета, поразительные своей живостью, и красота их для глаза не имеет равных среди творений этого мира; через весьма непродолжитеьлное время ты увидишь в своем сосуде живительный порошок цвета сангвины или пурпура. На этом заканчивается алхимическое философское делание, и ты видишь перед собой величайшее из чудес. Лишним будет говорить, насколько ценно это сокровище в нашем мире, ибо побеждает оно многочисленные недуги, включая и те, которые никакое другое снадобье, кроме философского, одолеть не в силах. Также всякий металл, расплавленный в тигле, к примеру обычная ртуть, при добавлении его, трасмутирует в золото огенного цвета, чистоту которого никто не сможет отрицать; то же происходит и со свинцом, и с прожорливым волком, который сопротивляется всеми силами, однако оказывается слабее, а камень трансмутирует в рубин чистой воды и горный хрусталь.


КАК ЗИМОЙ ПОЛУЧИТЬ ДАРЫ ВЕСНЫ

И еще одно. Следует знать, что если у тебя возникнет желание получить цветы и различные плоды в зимние холода, возьми подходящую посудину, и раствори шесть крупинок вышеописанного красного порошка в десяти пинтах теплой воды. Полей этой водой то дерево или цветок, которые ты поместил у себя дома, и укутай его соломой или сеном. Очень скоро ты увидишь чудесное цветение и рост этого растения, чему весьма поразишься.


КАК ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ЛЕКАРСТВОМ

Настало время рассказать тебе, как следует пользоваться нашим снадобьем в целях улучшения телесного здоровья и памяти, для чего необходимо знать, какую концентрацию пурпура должно имеет содержимое флакона, и как пользоваться раствором. Следует в белом вине или водке растопить неколько крупинок вещества, пока вино не окрасится в золотой цвет, что является показателем верной концентрации, и без боязни добавить больному 12-15 капель этой настойки в вино, бульон или ликер, после чего болезнь будет побеждена чудесным образом. Однако не болтай об этом никогда, потому что есть злонамеренные и завистливые люди, которым подобные вещи нельзя открывать. Наконец, для того чтобы сохранять здоровье повседневно, принимай 9 капель этого раствора 4 раза в год, а именно 22 марта, 22 июня, 22 сентября и 22 декабря, добавив их в ликер, или в любой другой напиток. Поступая так, как я тебе сказал, ты не узнаешь больше никакой хвори, и будешь наслаждаться счастливой жизнью, имея довольно здоровья и богатства, и будешь хозяином Природы, не знающим недостатка в золоте, серебре и драгоценных камнях, подобно принцам и королям.


КАК ИЗГОТАВЛИВАЕТСЯ ПОРОШОК ПРОЕКЦИИ И ЭЛИКСИР

Делается это следующим образом. Расплавь в тигле 10 унций чистого золота, и помести в него одну унцию красного порошка, после чего подвергни эту смесь нагреванию на очень сильном огне в течение двух часов, затем сними тигель с огня и дай ему охладиться; расколов затвердевшее содержимое, ты увидишь на дне красное стекло, каковое является золотом обетованным и порошком истинным и королевским, превращающим все металлы в золото, более чистое, чем то, что находят на приисках. Однако нельзя пользоваться королевскими дарами фортуны, не изменив подобающим образом свое отношение к другим людям. Постарайся же, дорогой племянник, поступать так, как следует, облегчая учать бедных братьев во Христе, украшая храмы Спасителя нашего, освобождая людей, подвергнутых заключению за денежные долги; использование дара для целей добродетельных и законных приведет тебя к славе и вечному почету в доме Божьем, чего я тебе желаю во имя Отца Вечного, Сына Спасителя и Святого Духа Просвещающего, блаженной Святой Троицы. Аминь.

 

Разотри красное стекло в порошок, пересыпь во флакон, и спрячь его в коробку, а когда захочешь получить хорошее золото из свинца, олова, меди, серебра или ртути, расплавь их в тигле, и добавь туда луны и Меркурия, которые начнут слегка дымится; затем введи в смесь пять или шесть обернутых воском крупинок порошка, прошедшего мультипликацию (из расчета на 30-40 фунтов упомянутого Меркурия), и ты тут же будешь поражен зрелищем превращения всей смеси в золото; тем временем нечистоты, содержавшиеся в исходных металлах, перейдут в шлак, а красный порошок пропитает серебро и окрасит всю массу трансмутирующего металла; другими словами, соединится в браке с Меркурием, и, согласно законам искусства, придаст всем шлакам, а также Сатурну, Юпитеру, Марсу, Солнцу, ртути, и Луне искомый цвет. Не забудь же воздать хвалу Богу.

 

Вот и весь магистерий до последнего слова, каковой я передаю тебе, мой дорогой и горячо любимый племянник, да благословит Господь душу твоей тетушки и моей дорогой супруги Перенелль. Аминь.

 

Запомни, что первая ферментация красного порошка позволяет совершить трансмутацию в соотношении один к ста, вторая - один к тысяче, третья - один к десяти тысячам, четвертая - один к ста тысячам, и так далее, с каждым разом все сильнее; для меня это остается неразрешимой загадкой, хотя я наблюдал описанные превращения собственными глазами.

 

Итак, если ты возымеешь желание сделать много золота, дорогой племянник, хотя это и не желательно, так как может привести к вредным последствиям, помести сто тысяч унций быстрого серебра в большой железный котел и поставь на сильный огонь, а когда содержимое нагреется настолько, что станет дымить, брось туда одну унцию багрового порошка, прошедшего четырехкратную ферментацию и завернутого в восковой шар, после чего быстрое серебро тут же прекратить дымиться: прибавь огня, и содержимое котла трансмутирует, разделившись на [шлаковую] массу и порошок золотисто-желтого цвета, который, если расплавить его в тигле, образует слиток чистого золота высшего качества весом 99 710 унций. Используй его для добрых целей. Таким образом, ты, дорогой племянник, станешь намного богаче всех королей, потому что будешь иметь сокровищ гораздо больше, чем они, и больше, чем кто-либо в подлунном мире, но все же золото лучше изготавливать понемногу, соблюдая осторожность и не говоря никому ни слова, а также избегая публичного бахвальства.

 

Итак, все, что я сообщил тебе, есть знание величайшего из сокровищ в этом мире, каковым я обладаю, и которое я сделал собственными руками вместе с моей дражайшей и горячо любимой подругой Перенелль. Воспользуйся же этим сокровищем, и ты будешь жить, не нуждаясь в лечении, обладая богатствами в этом мире, и увенчаный лаврами славы в Царствии Божием, чего я тебе искренне желаю. Аминь.


 

 

Ответ #7: 15 12 2011, 02:18:23 ( ссылка на этот ответ )

Золотая лихорадка

Криминальная история эта случилась в прусском городке Виттенберге: в 70-х годах XVI века в подвале дома профессора Баха слуга немецкого алхимика Себастьяна Зибенфройнда нашел… останки своего хозяина, пропавшего за два года до того. Профессор был приятелем Зибенфройнда, и последние годы жизни Себастьян гостил в его особняке. Лишь после долгого расследования удалось воссоздать все события, произошедшие с искателем бессмертия…

Великая цель

Себастьян Зибенфройнд родился в Шкойдице близ Лейпцига в семье фабриканта сукна. Этот алхимик, занимаясь составлением чудодейственных препаратов и снадобий, сначала пользовался поддержкой некоего польского магната, с которым отправился путешествовать по Италии. В пути его покровитель заболел и умер, после чего Зибенфройнд удалился в монастырь в Вероне.

Там он познакомился с одним старым монахом, устроившим в своей келье алхимическую лабораторию. Этот монах, уже будучи на смертном одре, открыл искателю главный секрет, как создать порошок проекции, то есть философский камень. После этого Себастьян покинул итальянский монастырь и возвратился в родную страну, где поселился в Оливском монастыре близ Эльбинга в Пруссии и, по легенде, получил-таки философский камень.

Для справки

ФИЛОСОФСКИЙ КАМЕНЬ (ПОРОШОК ПРОЕКЦИИ) — в описаниях средневековых алхимиков некий реактив, необходимый для успешного осуществления превращения (трансмутации) металлов в золото, а также для создания эликсира омоложения и бессмертия.

Затем Зибенфройнд отправился в путешествие. На пути в Гамбург в 1570 году он воспользовался гостеприимством некоего шотландского дворянина. Тот страдал страшными приступами подагры, и Себастьян дал ему питьевого золота, после чего больной совершенно исцелился. Однажды в доме шотландца нашли приют три студента из Виттенберга — Николай Клобес, Ионас Агрикола и еще один, имя которого осталось неизвестным. Зибенфройнд поступил весьма легкомысленно, осуществив трансмутацию у них на глазах: он потер щепоткой порошка проекции цинковую ложечку, а затем расплавил ее на огне в печи, после чего ложечка превратилась в золото!

Осознав, сколь неразумно поступил, алхимик решил срочно возвратиться в Пруссию. Он прибыл в Виттенберг и в этом городе прожил четыре месяца в доме у профессора Баха. Однако шотландский дворянин и трое студентов, шедшие за Зибенфройндом по пятам, затаились в Виттенберге, наблюдая за Себастьяном, наивно полагавшим, что он отделался от своих преследователей. Улучив момент, они убили его и закопали тело в подвале.

И вот спустя два года слуга обнаружил останки своего хозяина. К слову сказать, философский камень преступники не нашли – тайна его так и осталась нераскрытой.

Ученые бродяги

Алхимия, наиболее туманная из всех наук, зародилась еще в Древнем Египте, где знания находились в руках жрецов и посвященных, производивших свои опыты в величайшей тайне, в тиши святилищ. Однако именно в средневековой Европе алхимические эксперименты приобрели небывалую популярность.

Увы, Зибенфройнд был далеко не единственным алхимиком, чьи результаты трудов не увековечены в истории, а о жизни известны лишь разрозненные факты. Мало ли их, искателей счастья, бродило по средневековым дорогам! В одном только Париже насчитывалось несколько сотен лабораторий, хозяева которых тщились путем различных манипуляций получить золото из грубых металлов.

Лаборатории устраивались повсюду – в замках и дворцах, в подвалах и хижинах, в церковных приходах и монастырях. Пусть даже будет тесно, темно и сыро - лишь бы хватало реторт и колб, тиглей и перегонных кубов… И, конечно, чтобы имелись в наличии трактаты уже известных алхимиков, чей опыт в Великом Делании мог оказаться полезным.

Для справки

ВЕЛИКОЕ ДЕЛАНИЕ (ДЕЯНИЕ) - это выражение обозначает конечную цель всех алхимических операций, первым подступом к которой является создание философского камня.

Число искателей философского камня в Европе все увеличивалось – но мало кому удавалось обрести богатых покровителей, оплачивающих расходы на эксперименты, а заодно кормящих алхимиков и дающих им кров. Потому тысячи «делателей» жили в крайней нищете, не имея никакой возможности довести свои изыскания хоть до каких-нибудь результатов. В лучшем случае они оставались ни с чем, до нитки истратившись на бесполезные опыты, а в худшем — взлетали на воздух вместе с печью, в которой бесконечно варили эликсиры, или безвременно кончали свои дни, надышавшись ядовитыми испарениями.

Вот в каких словах описал в XVI веке аббат Вайсенбергского монастыря Иоганн Клитемий жалкую судьбу бесчисленной когорты алхимиков, тешивших — порой на протяжении всей своей жизни — ложную надежду: «Суета, обман, надувательство, фальсификация, алчность, лицемерие, ложь, глупость, бедность, отчаяние, бегство, изгнание, нищета и утраты сопутствуют алхимии».

Неожиданное открытие

Алхимики искали философский камень, но зачастую находили нечто иное, что, впрочем, приносило порой не меньшую выгоду, чем вожделенное «философское» золото. Впечатляющим примером подобного рода нечаянного открытия служит удача, выпавшая на долю немецкого алхимика Иоганна Фридриха Бёттгера (1682-1719), сына чеканщика монет.

На пятнадцатом году жизни юноша поступил учеником в аптеку в Берлине и усердно занялся химией. Случайно попавшая в руки рукопись о философском камне натолкнула его на мысль тоже попытать счастья на поприще златоделия. Ночи напролет просиживал он в лаборатории, занимаясь химическими опытами, что привело его к ссоре с хозяином и вынудило покинуть насиженное место.

Однако ночные бдения не прошли даром, и спустя какое-то время Бёттгеру удалось заинтересовать князя Эгона фон Фюрстенберга, который взял его с собой в Дрезден и устроил для продолжения алхимических занятий лабораторию в своем дворце. Увы, эксперименты ни к чему не приводили, и князь стал угрожать юному искателю расправой. Тогда злополучный алхимик попытался бежать, но был задержан и под страхом наказания вынужден был продолжить свои опыты! Их плодом явилась некая рукопись, в которой якобы излагалась тайна получения философского камня.

Курфюрст Саксонский Август II Сильный, которому был представлен этот труд, остался крайне недоволен результатами «делания» Иоганна Фридриха, посчитав его суфлером. Бёттгеру грозило тюремное заключение.

Для справки

СУФЛЁР - ложный алхимик, который пытается произвести трансмутацию металлов в золото любыми способами и только с целью наживы. Наша химия родилась из их беспорядочных опытов, по ходу которых были открыты многие новые элементы.

С курфюрстом шутить было опасно, ибо свое прозвище Сильный он заслужил недаром: железную кочергу толщиной в палец мог завязать узлом. Лишь благодаря заступничеству одного придворного, питавшего слабость к алхимическим изысканиям, Иоганну Фридриху был дан еще один шанс — ему позволили экспериментировать с глиной, залежи которой имелись в окрестностях города Мейсена.

Неведомо, какое золото намеревался извлечь из глины алхимик, однако результатом его очередных опытов явился превосходный по качеству… фарфор. В 1710 году в Мейсене была открыта мануфактура, и производившийся на ней знаменитый мейсенский фарфор стал приносить доходы, вполне сопоставимые с теми, о коих мечтали искатели философского камня.

Загадка камня бессмертия

Известная поговорка того времени предписывала всякому желающему встать на путь алхимии: «Читай, читай, перечитывай, молись, работай в лаборатории, и найдешь философский камень».

Вероятно, мало кому посчастливилось действительно создать его, иначе бы в описаниях камня не встречались разночтения: у одних авторов трактатов он цвета красного рубина, у других – полужидкая субстанция, у третьих – порошок, у четвертых – одновременно белый, красный, желтый, зеленый и может светиться в темноте…

Уже в наше время французский исследователь, журналист Серж Ютен, занимающийся изучением эзотерических и оккультных наук, написал книгу «Повседневная жизнь алхимиков в Средние века». В ней он приводит имена многих знаменитых европейских искателей философского камня.

Это, в частности, немецкий теолог и ученый Альберт Великий, английский философ и естествоиспытатель Роджер Бэкон, итальянский епископ Фома Аквинский, испанский физик и философ Раймонд Луллий, французский граф Бернар Тревизан и, конечно, знаменитый немецкий врач-алхимик Парацельс. Но ни один из этих адептов не оставил после себя рецепта эликсира бессмертия!

Для справки

АДЕПТ – алхимик, которому предположительно удалось создать философский камень. Истинные алхимики-адепты трудились в своих лабораториях не ради славы и богатства, а для постижения высшей истины.

Возможно, лишь один человек действительно добился успеха – французский алхимик Николя Фламель (1330-1418). По крайней мере, именно ему история приписывает изобретение философского камня. Легенда укрепилась в связи с долгой жизнью Фламеля и историей его невероятно быстрого обогащения после двадцатилетних попыток разгадать тайный смысл папируса, известного как «Книга Иудея Авраама».

Книга досталась ему, на тот момент владельцу небольшой книжной лавки, в 1357 году… а в 1382 году уже известный алхимик в течение нескольких месяцев вдруг становится собственником около 30 домов и участков земли! В старости Фламель занимается меценатством, учреждает несколько фондов, вкладывает деньги в развитие искусства, финансирует постройки часовен и больниц…

В 1418 году Николя Фламель умирает. А вскоре после его кончины возникает легенда, что на самом деле похороны были инсценированы, а омолодившийся алхимик со своей женой Перренелль скрылись. Естественно, унеся с собой секрет философского камня, который не раскрыт до сих пор…

Вал.БОЖЕНКО


 

 

Ответ #8: 06 01 2012, 13:53:16 ( ссылка на этот ответ )

Никола Фламель

Во Франции всегда было много алхимиков, много их и сегодня. Но никто — даже современный адепт Фюльканелли — не добился такой славы, как Никола Фламель. В многолюдном квартале, окружающем церковь Сен-Жак-ла-Бушери, вплоть до начала ХIХ века сохранялись живые воспоминания об этом мелком ремесленнике; традиция сохранила даже имя его жены, госпожи Перенеллы. Да и в наши дни в Париже можно обнаружить запечатленные в камне зримые следы его неслыханной щедрости и баснословного состояния.

Что из себя представлял Фламель? Полагают, что родился он около 1330 года, недалеко от Понтуаза, в довольно бедной семье, но ему тем не менее удалось получить неплохое образование. Уже в юном возрасте он будто бы отправился в Париж, чтобы стать писарем. Его мастерская располагалась сначала возле кладбища Невинных младенцев; несколько лет спустя он вместе с собратьями по ремеслу перебрался под своды церкви Сен-Жак-ла-Бушери1. В эти годы он вступил в брак с немолодой женщиной, успевшей дважды овдоветь и обладавшей некоторым достатком. Лишь тогда Фламель сумел завести две мастерские: одну для себя. вторую для своих переписчиков и учеников. Однако это не дает никаких оснований считать его богачом! Такого тесного помещения, где он на протяжении всей жизни занимался своим ремеслом, в наши дни уже не встретишь — напоминают его разве что некоторые лавчонки Латинского квартала, более сходные с прихожей, чем с магазином. Через несколько лет, благодаря приданому госпожи Перенеллы м ее вошедшей в поговорку бережливости, писарь приобрел небольшой домик, стоящий напротив его мастерской. Это также не означает богатства; существует составленный через несколько лет после свадьбы нотариальный акт, согласно которому супруги завещали друг другу свое имущество — по тем временам чрезвычайно скромное.

Итак, Фламель стал женатым человеком и, заключив весьма разумный брак, получил возможность перейти в разряд мелкой буржуазии. Герметическая философия совершенно его не интересовала, он думал только о том, как бы заняться книготоргов-лей. Этот новый для него род деятельности и стал причиной знакомства с алхимическими сочинениями, которые он либо продавал, либо брал на переписку; — с этим и связан знаменитый сон, послуживший отправной точкой для его карьеры адепта. Об этом сне позднее расскажет он сам. Ему явился ангел, державший в руках книгу в медной обложке, и, показав форзац, произнес: «Фламель, посмотри внимательно на эту книгу, ты в ней ничего не понимаешь, как м многие другие, но в один прекрасный день ты увидишь то, что никто не смог бы разглядеть». Потом видение исчезло, но память об этом необыкновенном сне писарь сохранил на долгие годы,

Воспоминание внезапно обрело плоть, когда Фламелю попалась в руки очередная алхимическая книга. Вот как он описывает это в своем труде «Толкование иероглифических знаков» («Explication des figures hieroglyphiques»): «Тогда я, Никола Фламель, писарь, после кончины родителей моих зарабатывающий себе на пропитание искусным почерком моим, а также составлением; описей и счетов между опекунами и несовершеннолетними, за два флорина приобрел книгу весьма древнюю и изрядно большую. Была она не из бумаги и не из пергамен-та, подобно другим, а из коры (как показалось мне) молодых деревьев. Обложка ее была из гладкой меди, украшенной всяческими символами, буквами и странными фигурами, и я решил, что это, должно быть, буквы греческие или какого-то иного древнего языка. Я не мог прочесть их, но уверен, что это были буквы не латинские и не галльские, в коих мы кое-что смыслим. Внутри же листочки из коры были с великим тщанием исписаны кончиком железного пера; это были прекрасные, весьма четкие, ярко раскрашенные латинские буквы.

В ней было три раза по семь листов: так они были обозначены цифрами в верхнем углу, причем седьмой всегда был не с буквами, а с рисунком. На каждом первом листе изображались плеть и проглатывающие друг друга змеи; на втором — крест с распятой на нем змеей; на последнем, седьмом — пустыня, посреди которой было несколько прекрасных источников, откуда в разные стороны расползались змеи. На первом листке было написано заглавными золотыми буквами: «АВРААМ ЕВРЕЙ, КНЯЗЬ, СВЯЩЕННИК, ЛЕВИТ, АСТРОЛОГ И ФИЛОСОФ, ПРИВЕТСТВУЕТ ЕВРЕЙСКИЙ НАРОД, БОЖЬИМ ГНЕВОМ РАССЕЯННЫЙ СРЕДИ ГАЛЛОВ».

Затем следовали всяческие поношения и проклятия (со словом MARANATHA, которое часто повторялось) в адрес любого, кто кинет на книгу сию взгляд, не будучи жрецом или писарем».
По собственному признанию, Никола Фламель мало что понял в прочитанном. На первом листке находилось только приведенное выше заглавие, на втором — обращение к иудеям, третий же был посвящен трансмутации металлов, которая рассматривалась в качестве основного средства уплатить подать, наложенную римскими императорами. Текст, описывающий способ получения философского камня, казался довольно внятным, но в нем ничего не говорилось о том, что такое первичная материя и где ее берут; этим характеризуются все герметические сочинения. Сведения о первичной материи содержались на четвертом и пятом листах, где были изображены очень красивые раскрашенные фигурки без всяких поясняющих надписей. Фламель уточняет, что фигурки эти действительно обозначали искомую первичную материю, но понять их мог бы лишь тот, кто уже освоился в алхимическом искусстве, сам же он в то время не увидел в них никакого смысла.

Я тщательно изучил эти иероглифические символы и должен признать, что не сумел постичь намерений их авторов, как это было и в случае с «Безмолвной книгой» («Mutus Liber»), а также с другими, чисто аллегорическими сочинениями. Даже когда я знаю, что именно символизирует та или иная фигура, мне кажется вполне оправданным использование совсем других символов, поскольку у каждого из них имеется по меньшей мере несколько различных значений.

Что касается текста книги, то нам придется довольствоваться малым, поскольку Фламель проявил на сей счет большую скрытность1 и объяснил это так: «Я умолчу о том, что было написано на прочих листках прекрасным и четким латинским языком, иначе Господь накажет меня; я совершил бы большее злодейство, нежели тот, кто сказал (как утверждают), что ему хотелось бы, чтобы у всех людей мира была одна голова, дабы мог он срубить ее одним ударом».

Став обладателем алхимической книги и исполнившись убеждения, что ему предстоит осуществить вещий сон, Фламель принялся изучать текст и фигурки Авраама Еврея. Это продолжалось мно-гие месяцы, даже годы — без какого бы то ни было намека на продвижение вперед. Впрочем, кое-что изменилось: госпожа Перенелла догадалась, что у мужа появился некий секрет, и тогда Фламель приобщил ее к своим изысканиям, причем она ревностно ему помогала, а от соседей хранила все в тайне. Итак, Фламель, вдохновляемый женой и свято уверенный втом, что исполняет Божью волю, продолжал свои поиски, но — безрезультатно.

Возникает вопрос: почему писарь, несомненно, знакомый со многими образованными людьми, не
стал распространяться о своей находке и не обратился к кому-либо за помощью. На это есть по меньшей мере одно чрезвычайно убедительное объяснение, о котором мы уже упоминали. Дело в том, что как раз в это время алхимия была лишена ореола святости: в 1317 году папа Иоанн XII обрушился на эту науку в булле Spondent partier2.Приведем точный ее текст: «Алхимики обманываютнас и обещают то, чего у них нет. Почитают они себя мудрецами, но падают в пропасть, которую приуготовляют для других. Смехотворным образом мнят они себя сведущими в алхимии, но доказывают невежество свое тем, что ссылаются на писания древних авторов; не могут обнаружить то, чего древним не удалось открыть, однако же почитают возможным найти сие в будущем. Выдавая поддельным металл за истинные золото и серебро, произносят они при этом слова, которые ничего не означают. Невозможно более сносить дерзость их, ведь сим способом изготовляют они фальшивые монеты и обманывают народ. Мы повелеваем, чтобы все эти люди навсегда покинули наши края равно как и те, кто заказывает таковым золото и серебро, или сговаривается с мошенниками давая им деньги за таковое золото. Дабы наказать их, приказываем мы отобрать у них подлинное золото в пользу бедных, Создающие фальшивое золото или серебро лишены чести. Если у тех, кто преступил закон, недостает средств для уплаты означенного штрафа, наказание может быть заменено другим. Если среди алхимиков найдутся люди церковного звания, пусть не ожидают помилования, ибо будут навсегда лишены сана своего».

Заметим, кстати, что в те времена ни для кого не было секретом, что папа Иоанн XXII сам занимался алхимией: после смерти своей он оставил такие неслыханные богатства, что в их герметическом происхождении никто не усомнился. Кроме того, ему приписывают авторство трактата «Искусство трансмутации» («Ars transmutatoria»), однако здесь полной уверенности нет.

Вернемся к Фламелю, который в результате усердного изучения книги Авраама Еврея познал суть магистерии за исключением одного пункта первостепенной важности, постоянно от него ускользающего. Речь идет о первичной материи. Между тем ангел больше не появлялся и Фламель, вполне справедливо полагая, что предпочтительнее воззвать прямо к Богу, нежели к его святым, обратил к небесам следующую молитву, текст которой приводит Манже в своем «Собрании химических редкостей» («Bibliotheca Chemica Curiosa»): «Господь Всемогущий и Вечный, Отец светоносный, от коего исходят все

Но божественное откровение не снизошло на Фламеля — по крайней мере в осязаемой форме. Тогда упавший духом писарь решил показать некоторые из скопированных им фигурок лиценциату медицинских наук, которого звали мэтр Ансельм. Будучи страстным поклонником алхимии, тот пожелал увидеть книгу, откуда были извлечены столь замечательные фигурки, и нашему писарю пришлось всячески изворачиваться (а затем, несомненно, каяться во лжи на исповеди), чтобы уверить собеседника своего в том, будто у него есть только рисунки, без какого бы то ни было поясняющего текста. Мэтр Ансельм понимал в символах Авраама не более Фламеля, однако взял на себя смелость толковать их. И эти объяснения совсем сбили с толку несчастного Фламеля, который рассказывает об этом так: «Вот почему в течение двадцати одного года совершил я тысячу опытов с огнем, но без всякой крови, так как почитаю сие злодейством и низостью. Ибо в книге моей говорится, что философы называют кровью минеральный дух, который имеется во всех металлах, а особенно в солнце, луне и меркурии, к соединению коих я всегда стремился». Кровь поминается здесь по той причине, что мэтр Ансельм, подобно многим суфлерам, путал алхимию с магией, отчего и дал совет смешать жидкую ртуть с чистой кровью новорожденных младенцев. К счастью, Фламель, будучи человеком мудрым и добрым, не поверил в это и полностью отверг преступные рецепты невежественного советчика.

Наконец явилось и откровение — быть может, это действительно был божественный промысел. Фламель понял, что никогда не сможет разобраться с книгой самостоятельно, а потому решил сделать копию и посетить те края, где жили ученые мужи, принадлежавшие к нации Авраама, иными словами, евреи. Тогда в Испании, в частности в окрестностях Сантьяго де Компостелло, было несколько знаменитых синагог. Фламель, естественно, объявил, что намерен отправиться в паломничество.

Итак, мы снова встречаемся с паломничеством к святому Иакову, которое прежде совершил Раймунд Луллий, а впоследствии также и Василий Валентин, — если верить его собственному утверждению. Здесь стоит прислушаться к словам такого искушенного алхимика, как Фюльканелли. Вот что он пишет в первом томе своих «Философских приютов» («Demeures philosophales»): «Подобные аллюзии помогают осознать ошибку многих поклонников оккультных наук, которые буквально толковали чисто аллегорические сочинения, созданные с намерением что-то открыть одним и утаить от других. Даже Альбер Пуассон угодил в эту ловушку. Он поверил, будто Никола Фламель, оставив жену свою Перенеллу, мастерскую и книги с рисованными миниатюрами, действительно исполнил данный перед алтарем приходской церкви Сен-Жак-ла-Буше-ри обет и отправился в пешее паломничество по иберийским дорогам. Но мы искренно убеждены и готовы в этом ручаться, что Фламель никогда не покидал подвала, где пылали его печи. Любой из тех, кому известно, что именно символизируют посох, калебаса и шнур на шляпе святого Иакова, подтвердит истинность наших слов. Уподобляя себя материалам, которые им использовались и избрав внутренний агент в качестве образца? великий адепт соблюдал правила философской дисциплины и следовал в этом своим предшественникам».

Фюльканелли хочет сказать, что в рассказе Фламеля о паломничестве речь на самом деле идет о первичной материи, а в пережитых им приключениях аллегорически изображаются различные манипуляции с этой материей в процессе магистерии. В легендарной версии V путешествия в Галисию один факт выделен с особой четкостью: по исполнении своего обета в Сантьяго де Компостелло Никола Фламель на обратном пути будто бы заболел и вынужден был задержаться в городе Леоне. По совету одного торговца из Болоньи он обратился за помощью к еврейскому врачу, мэтру Канчесу. В беседе тот обнаружил такие познания в еврейской каббале, что Фламель показал ему фигурки из своей книги. Тогда врач якобы воскликнул, что это сочинение раввина Авраама «Аш Мезареф» («Asch Mesareph»), которое считали утерянным безвозвратно, — и предложил Фламелю сопровождать его в Париж. Но добрались они только до Орлеана, где мэтр Канчес внезапно скончался, так и не открыв Фламелю врата познания. Эта аллегория представляет собой довольно прозрачное описание гибели первичной материи, что является необходимым отправным пунктом для реализации философской магистерии.

Я не разделяю уверенности Фюльканелли в том, что Фламель никогда не покидал своих печей. Вместе с тем это паломничество к святому Иакову вполне можно толковать как своеобразную инициацию: писарю в течение многих лет не удавалось раскрыть тайну первичной материи, и весьма вероятно, что его направил на истинный путь другой адепт, скрывающийся под именем мэтра Канчеса, — настоящее его имя осталось нам неизвестным. В таком случае «путешествие» предупреждает о необходимости инициации, а также являет собой аллегорический modus operandi.

Итак, Никола Фламель получил наконец недостающие ему знания, открыв, в частности, тайну пресловутой первичной материи. И вновь приступил к работе„ но сумел завершить ее только через три года после возвращения из «паломничества». Как мы убедимся в последнем разделе этой книги, три года — это и есть нормальная продолжительность магистерии,— если используется влажный путь, — поэтому указанное Фламелем время; представляется мне еще одним доказательством его правдивости, Но давайте послушаем теперь его рассказ о том, каким образом и при каких обстоятельствах он обрел философский камень: «В конечном счете я нашел искомое, сразу же опознав его по сильному запаху. Получив его, я легко совершил магистерию; потерпеть неудачу я не смог бы, даже если бы захотел, ибо знал теперь, как изготовляются первые агенты, так что мне оставалось лишь во всем следовать указаниям моей книги.

В первый раз сделал я проекцию на ртуть, обратив примерно полфунта ее в чистое серебро, превосходящее по качеству рудниковое, в чем я убедился, взяв собственную пробу и отдав его на испытание нескольким другим людям. Это произошло 17 января, в понедельник, около полудня, в моем доме, в присутствии одной лишь Перенеллы, в год 1382-й от искупления рода человеческого. Затем, по-прежнему следуя указаниям книги, совершил я проекцию с красным камнем и примерно с таким же количеством ртути, и при сем вновь была только Перенелла, и случилось это в двадцать пятый день апреля того же года, около пяти часов вечера, когда произведена была мною доподлинная трансмутация в чистое золото, гораздо лучшее, чем обыкновенное, более мягкое и гибкое. Истинную правду говорю, трижды произвела таковую операцию с помощью Перенеллы, которая понимает в этом не меньше меня, поскольку неустанно мне помогала, так что могла бы и одна сие предпринять, если бы захотела»,

Именно в этом, 1382м году начинает ощутима расти материальное благополучие Фламеля. Всего за несколько месяцев он приобрел только в Паррэше около тридцати домов и земельных участков, построил несколько часовен и больниц. Кроме того, он возвел портал церкви святой Женевьевы и пожертвовал значительную сумму на учреждение сообщества Трехсот, которое вплоть до 1789 года устраивало ежегодный крестный ход к церкви Сен-Жак-ла-Бушери, чтобы вознести благодарственную молитву Никола Фламелю. В собственном его приходе, Сен-Жак-ла-Бушери, было обнаружено около сорока надлежащим образом оформленных актов дарения, из которых можно заключить, что скромный писарь раздарил целое состояние. Наконец, на его средства было благоустроено кладбище Невинных младенцев, чрезвычайно модное в то время место погребения, а также место прогулок, где влюбленные назначали друг другу свидания, поскольку никого не пугала громадная статуя смерти, возвышавшаяся над могилами. Фламель распорядился нарисовать на четвертой арке кладбища Невинных младенцев те самые иероглифические фигуры, которыми была украшена книга Авраама Еврея. На многих из созданных Фламелем памятников было вырезано его изображение с чернильницей и пером в руках. Некоторые из этих изображений сохранились вплоть до XIX века.

Внезапное обогащение Фламеля, как ни старался он утаить его от соседей, не осталось незамеченным. Хотя он был всего лишь мелким ремесленником, не имевшим никакого влияния или знакомств в высшем обществе, слух о его богатствах достиг ушей короля Карла VI — верный признак того, что современникам они казались баснословными. Королевские чиновники сразу же поняли, что речь идет о случае необычайном, и Карл VI послал к Фламе-лю своего главного дознавателя, сира де Крамуази. Я процитирую сочинение «Сокровищница галльских и французских изысканий и древностей» («Tresor de Recherches et Antiquites Gauloises et Francoisesз») Пьера Бореля, королевского советника и придворного лекаря в 1655 году: «И вот слух о богатствах Фламеля достиг ушей короля, каковой послал к нему г-на де Крамуази, главного дознавателя своего, дабы выяснить, правда ли то, о чем ему рассказали; но тот нашел Фламеля в нищенстве, даже посуда у него была глиняная. Однако легенда гласит, будто Фламель во всем признался ему, сочтя его человеком честным, и подарил целую колбу с порошком, которую в этой семье, говорят, долго хранили, отчего и вынужден он был оберегать Фламеля от разысканий короля».

Подкупив (если называть вещи своими именами) сира де Крамуази, Фламель спокойно продолжал свои занятия. Но в образе жизни его никаких перемен не произошло: он жил, как подобает мел-кому ремесленнику, вместе со своей Перенеллой вплоть до ее смерти: она скончалась либо в 1397, либо в 1404 году и была похоронена на кладбище Невинных младенцев. Сам же писарь достиг возраста восьмидесяти лет. Предоставим здесь слово замечательному историку прошлого века Вале де Виривилю, который широко известен превосходными работами о Жанне д"Арк и публикацией «Хроники Девы» («Chronique de la Pucelle»). Вале де Виривиль также интересовался Фламелем, и вот что он говорит о нем: «Дом его «Большой Конек» лишился и своего конька, и многих скульптур, и античных украшений. Но он по-прежнему существует: это дом номер 51 по улице Монморанси, и все могут увидеть там старинную надпись: «Мы, мужчины и женщины, живущие трудом своим и пребывающие под кровом дома сего, построенного в году 1407 от Рождества Христова, почитаем за долг каждый день возносить молитву Господу, читая «Отче наш» и «Аве Мария», дабы милосердием Божьим не были оставлены несчастные умершие грешники. Аминь».

«Никола Фламель умер в 1418 году, — продолжает историк, — когда слава и состояние его продолжали расти. Место для могилы он приобрел себе в самой церкви Сен-Жак-ла-Бушери. Мы знаем это по одной из многочисленных статей его изумительного завещания, согласно которому он завещал почти все свое имущество приходу Сен-Жак-ла-Бушери (детей у него не было). Помимо этого главного распоряжения в завещании перечисляется большое количество даров, что свидетельствует о его удивительной щедрости».

Многие авторы, отвергая любое предположение об алхимии, пытались доказать, что богатства Фламеля — не более чем легенда; к несчастью для них, нотариально заверенные акты о его многочисленных владениях служат неоспоримым доказательством это-го колоссального состояния. Другие утверждали, будто превосходный мастер своего дела вполне мог приобрести дома и участки на доходы от торговли, — абсурдность этой версии очевидна для всех, кто знаком с жизнью мелких ремесленников в средние века. Наконец, некоторые объявили его ростовщиком или выдвинули обвинение в том, что он присвоил какое-то золото, принадлежавшее евреям. Луи Фигье превосходно ответил на подобные инсинуации: «Выдумки эти не подкрепляются никакими доказательствами. Более того: все, что история сообщает нам о характере и поступках Фламеля, позволяет полностью очистить его память от таких обвинений». Итак, перед нами человек, который, по собственному признанию, стал заниматься алхимией и нажил благодаря ей огромные богатства. Соответствует ли это усвоенному нами понятию об алхимии? Ведь трансмутация металлов считалась лишь ступенькой к обретению бессмертия. Мы ответили бы на этот вопрос отрицательно, если бы история Фламеля этим и завершилась — я имею в виду его смерть. Но в том-то и дело, что история Фламеля имеет продолжение, как и в случае с графом Сен-Жерменом, а также некоторыми другими великими адептами.

Путешественник Поль Люка, живший в XVII веке, описывая свою поездку по Малой Азии, рассказывает, в частности, следующее: «В Бурну-Баши у меня была долгая беседа о герметической философии с одним узбекским дервишем, этот житель Леванта сказал мне, что истинные философы обладают секретом продления земного существования своего до тысячи лет и могут уберечься от любой болезни. Тут я завел речь о прославленном Фламеле, который, невзирая на философский камень, умер окончательно и бесповоротно. Услышав это имя, дервиш стал смеяться над моей простотой. Я уже почти поверил ему, а потому чрезвычайно изумился, видя, как он встретил мои слова, Заметив мое удивление, он спросил меня насмешливо: неужто я действительно так глуп, чтобы поверить в кончину Фламеля, «Нет, нет, — сказал он мне, — вы ошибаетесь. Фламель жив. Ни он сам, ни жена его еще не изведали, что такое смерть. Трех лет не прошло, как я расстался с ними обоими в Вест-Индии, это один из моих лучших друзей». Позже дервиш сообщил Полю Люка новые подробности: «Слава часто вредит человеку, но мудрец знает, как избежать неприятностей. Фламель хорошо понимал, что его в конечном счете — едва станет известно, что он добыл философский камень, — заточат в тюрьму. В самом скором времени его уличили бы в знании сей науки, ибо щедростью своей он привлек слишком большое внимание. Ему удалось скрыться от преследований, публично объявив о смерти своей и жены. По его совету она будто бы слегла от смертельной болезни, а когда возвещено было о ее кончине, находилась уже в Швейцарии, исполняя приказ мужа и ожидая его там. Вместо нее погребено было полено, причем похороны состоялись с соблюдением всех церемоний и в той часовне, которую она сама возвела. Затем Фламель использовал такую же хитрость и, поскольку за деньги можно получить все, без большого труда подкупил как лекарей, так и священников. Он оставил завещание с наказом похоронить его рядом с женой, на их могиле поставили надгробье в виде пирамиды, Сей истинный мудрец был уже на пути к супруге своей, когда второе полено упокоилось в часовне. С той поры оба стали вести сугубо философскую жизнь, переезжая из одной страны в другую. Вот подлинная история Никола Фламеля, так что не верьте глупым россказням, которые ходят в Париже, где почти нет людей, познавших настоящую мудрость.»

Существует множество других свидетельств того, что Фламель не умер. Любопытно, что все они совпадают в одном: супружеская пара будто бы удалилась в Вест-Индию после, того, как философ приехал в Швейцарию к Перенелле, которая опередила его в «смерти», чтобы подготовить все необходимое для долгого путешествия.

Я не могу сказать ничего определенного по этому поводу. С точки же зрения простой трансмутации здесь впервые появляется возможность дать утвердительный ответ. В моем исследовании жизни Альберта Великого, Арнальдо де Виланова и Раймунда Луллия мне не удалось обнаружить ничего, что подтвердило бы их уверения, будто они создали золото. В отношении Фламеля ситуация совершенно иная: источником его колоссальных богатств не могло быть ничто, кроме искусства Гермеса,

Поэтому ответ мой будет таким: да, более чем вероятно, что Никола Фламель нашел философский
камень.

Правда, это «более чем вероятно» меня не вполне устраивает: я хотел бы располагать полной уверенностью, чтобы признать себя вполне убежденным. Вот почему я приглашаю вас следовать за мной далее по цепи времен, которая приведет нас прежде всего к Василию Валентину, немецкому монаху-бенедиктинцу.

 

 

Страниц: 1 2  | ВверхПечать