Максимум Online сегодня: 882 человек.
Максимум Online за все время: 3772 человек.
(рекорд посещаемости был 06 01 2017, 22:59:15)


Всего на сайте: 24665 статей в более чем 1732 темах,
а также 105560 участников.


Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

 

Сегодня: 22 09 2017, 02:11:44

Мы АКТИВИСТЫ И ПОСЕТИТЕЛИ ЦЕНТРА "АДОНАИ", кому помогли решить свои проблемы и кто теперь готов помочь другим, открываем этот сайт, чтобы все желающие, кто знает работу Центра "Адонаи" и его лидера Константина Адонаи, кто может отдать свой ГОЛОС В ПОДДЕРЖКУ Центра, могли здесь рассказать о том, что знают; пообщаться со всеми, кого интересуют вопросы эзотерики, духовных практик, биоэнергетики и, непосредственно "АДОНАИ" или иных центров, салонов или специалистов, практикующим по данным направлениям.

Страниц: 1 ... 3 4 5  | Вниз

Ответ #20: 12 11 2012, 13:56:04 ( ссылка на этот ответ )

Замок, рождённый любовью

Когда хотят подчеркнуть всесилие любви, говорят, что она способна сдвинуть горы. А в американском штате Флорида есть «Коралловый замок», который был рожден любовью. Это необычное сооружение объявлено национальным достоянием штата и превращено в музей, который посещают сотни тысяч людей, чтобы своими глазами увидеть это настоящее чудо.

Огромные стеновые блоки, окружающие внутренний дворик, положены без всякого цемента и идеально подогнаны друг к другу, как в египетских пирамидах.

Многотонная дверь на вертикальной оси открывается легким толчком пальца. Внутри дворика - странные башни с перевернутым серпом месяца и шестилучевыми звездами наверху.

Открытый всем ветрам исполинский каменный стол, такая же кровать и полутонные кресла.

Причем весь этот комплекс из огромных мегалитов и статуй был сооружен вручную одним человеком по имени Эдвард Лидскалниньш! Его история столь же необычна, как и построенный им замок. Родился этот латыш в 1887 году в бедной крестьянской семье, жившей в деревне под Ригой.

Окончил всего четыре класса сельской школы, научившись лишь читать и писать. Прожил там до 26 лет. Эдвард был весьма щуплым мужчиной, рост его не превышал метра шести-десяти, а вес - пятидесяти килограммов, хотя латыши народ рослый.

В 1913 году он попросил руки шестнадцатилетней односельчанки Агнессы Скаффс. Та согласилась, но за день до свадьбы отказалась идти под венец, заявив, что Эдвард слишком стар для нее.

Сердце Эдварда было разбито ветреной девицей. Не в силах справиться со своим горем, он решил отправиться за океан, в далекую Америку, надеясь в корне изменить свою жизнь и забыть о неудачной любви. На новой родине ему пришлось по большей части выполнять тяжелую работу, не приносившую больших денег.

А потом случилось страшное - он заболел туберкулезом, который подхватил во время своих мытарств. Врачи предупредили, что жить ему осталось не так уж и много. Тогда, по совету друга, Лидскалниньш бросает работу и перебирается на юг Флориды, где климат давал шанс протянуть подольше.

Там, в городке Флорида-сити, он покупает акр (полгектара) земли, заплатив за него всего 12 долларов, деньги небольшие даже по тем временам. Правда, точных данных, когда Эдвард начал строительство своего сказочного замка, нет. Обычно говорят, что к делу своей жизни он приступил в начале 20-х годов прошлого века.

Эдвард трудился долгие годы в надежде, что, когда замок будет готов, его возлюбленная приедет и будет покорена, увидев, как он ее любит. Но еще до этого случилось чудо - болезнь отступила. Позже на месте безжизненного пустыря встали крепостные стены, гордо поднялись обелиски и скульптуры, заблагоухали цветы. Когда замок был завершен, люди поразились ему, ибо невозможно было поверить, что его построил один человек.

Воодушевленный, Эдвард написал Агнессе письмо, в котором рассказал ей о своей любви и умолял ее стать хозяйкой построенного для нее дворца. Но холодная красавица ответила отказом и на этот раз. Получив жестокий ответ, Эдвард понял, что надеяться ему уже больше не на что, после чего впал в тоску и вскоре умер.

Вместе с ним в могилу ушла и тайна строительства Кораллового замка. Название «Коралловый замок» не совсем соответствует тому, чем он является. Это скорее небольшая крепость. А еще точнее, это территория, огороженная огромными каменными блоками высотой в несколько метров.

Внутри дворика находится множество каменных изваяний - кресла-качалки, табуреты и большое количество других удивительных изделий, вырубленных из цельных глыб кораллового известняка, а еще стоит массивная двухэтажная башня, тоже возведенная из каменных монолитов.

Чуть в стороне Эдвард сделал детскую комнату, которую украсил фигурками сказочных персонажей. Рядом расположил огромную спальню с большим коралловым ложем для них с Агнесс, на котором они никогда так и не спали вместе. Тут же построил и комнату для тещи, матери Агнесс.

И великолепную гостиную с монументальными каменными тронами для его далекой возлюбленной и для себя самого. В центре гостиной стоит стол, вытесанный в форме сердца и украшенный резной розой.

Суммарный вес всех использованных коралловых глыб составляет 1100 тонн. Причем никаких особых архитектурных выкрутасов и вообще всего того, что ассоциируется со словом «замок», здесь нет.

В качестве материала для изготовления всего, что в нем находится, использовались огромные блоки кораллового известняка. Самой тяжелой является стела, которая весит 28 тонн. Но поражают не только циклопические размеры всего, что размещено за окружающими его стенами.

Попасть за них можно только через входную дверь, сделанную из каменной глыбы, которая весит 9 тонн. Дверь установлена на толстом стержне, проходящем через просверленное по оси глыбы отверстие и опирающемся на подшипники вверху и внизу, так что она работает как вертушка. Зазор между калиткой и стеной с каждой стороны составляет не более пяти миллиметров.

В цельном камне Эдвард смог проделать почти идеальное отверстие глубиной 3 метра и диаметром 5 сантиметров. Даже сегодня такую работу можно выполнить только с помощью лазера. К тому же дверь так хорошо сбалансирована, что при несильном нажатии на край даже у ребенка хватит сил, чтобы ее открыть.

В 1986 году один из подшипников, находящихся во входной двери замка, вышел из строя, и, для того чтобы его поменять, пришлось использовать совместные усилия инженерной бригады и десятка рабочих. Причем эта операция, занявшая не один день, проводилась с использованием 50-тонного крана.

А Хмурый Эд, как его прозвали соседи, сделал и навесил эту дверь в одиночку! Как, впрочем, были выполнены и все остальные работы в замке, да к тому же без применения каких-либо сложных специальных приспособлений.

Про электрический инструмент, дизельные генераторы и прочие силовые установки, которые обычно используются в строительных работах, разговор вообще не идет, все выполнялось вручную, по технологиям каменного века. Именно это делает Коралловый замок абсолютно уникальным сооружением, аналога которому нет.

А вот его возведение таит массу загадок. То, что в качестве исходного материала Лидскалниньш выбрал коралловый известняк, понятно: он в буквальном смысле лежал под ногами. Для работы Эдвард приспосабливал все, что попадалось ему на глаза. В ход шли найденные на свалке проволока, запчасти от машин и прочий хлам.

Само строительство не укладывается ни в какие технические мерки. Сначала Эдвард вырубал блоки известняка. Для этого он вбивал в породу клинья по специальной схеме, после чего плита размером примерно два на три метра и глубиной метра полтора отделялась от монолита. Затем каким-то неведомым образом Эдвард поднимал вырубленный блок и перемещал его на территорию, отведенную под замок, где уже принимался за обработку.

Естественно, соседи не очень понимали, что он делает, и вначале посчитали его за ненормального, называя за глаза «чокнутый латыш». Вообще, по воспоминаниям людей, знавших его, Лидскалниньш был доброжелательным человеком, и никому не доставлял никаких хлопот. Благодаря этому окружающие стали относиться к нему с симпатией, смирившись с его странностями.

Познакомившись с ним поближе и убедившись, что он вполне нормальный человек, они, естественно, интересовались, а что строит. Эдвард охотно рассказывал историю про свою несчастную любовь и про памятник Прекрасной Даме. Однако если кто-то проявлял повышенное любопытство и начинал расспрашивать, как это ему удается в одиночку двигать многотонные глыбы, Эдвард тут же замолкал.

Видимо, это было связано с его тайной,которую он старательно оберегал от окружающих. Поэтому, когда в 1936 году по соседству с ним местный бизнесмен решил построить себе двухэтажную усадьбу, Эдвард срочно продал свой участок и перебрался в небольшой городок Хоумстед, который находится в 15 километрах от Флорида-сити. Земля там стоила значительно дешевле, а участок находился на самой окраине, в лесу, поэтому Лидскалниньш смог приобрести уже десять акров.

Первым делом он расчистил площадку под свой замок и перевез туда каменную мебель. Для этого кудесник-строитель единственный раз прибег к услугам постороннего - нанял водителя тягача с большой платформой. Причем просил оставлять прицеп на ночь, а утром, когда тот приходил, каменные монолиты каким-то непостижимым образом уже были погружены.

При этом блоки, из которых была построена внешняя стена на старом участке, Лидскалниньш перевозить не стал, захватив лишь то, во что был вложен его труд по обработке.

Обустроившись на новом месте, Эдвард продолжил работу по строительству замка. Точнее, начал строительство заново, так как со старого участка им было перевезено не так уж и много. В результате его усилий к 1940 году были полностью возведены стены, и Эдвард взялся за жилую постройку.

Она представляет собой массивное двухэтажное здание, состоящее из небольших комнат, по одной на каждом этаже. В нижнем помещении Эдвард хранил свои инструменты, а в верхнем устроил небольшую спальню с кухней. Самое любопытное, что Эдвард практически никогда не жил в построенном замке. Домом ему служил небольшой сарай на краю участка, в котором он провел все свои годы.

Этот неутомимый строитель жил натуральным хозяйством - выращивал на своем участке овощи, которыми и питался. После того как работа над Коралловым замком была завершена, Лидскалниньш начал проводить экскурсии по нему, беря за вход 25 центов с человека.

В возрасте 64 лет Эдвард Лидскалниньш умер в больнице от рака желудка. После его смерти Коралловый замок несколько раз переходил из рук в руки, пока в 1984 году не был объявлен национальным достоянием штата и превращен в музей. Вот, собственно, вся история Кораллового замка и его создателя, который загадал загадки, остающиеся без ответа.

Еще при жизни Лидскалниньша к нему наведывались специалисты и задавали вопросы относительно технологии строительства удивительного сооружения. Он отвечал на них шутливо, указывая на круглый ворот с перекинутой через него цепью - вот, мол, вся моя нехитрая техника.

Между тем во время строительства соседские мальчишки, взяв у отца прибор ночного видения, навели его в полночь на стройплощадку и обнаружили, что многотонные глыбы парят над двором, как воздушные шарики. Старуха-соседка много лет спустя призналась, что однажды в молодости, взобравшись на забор Кораллового замка, увидела, как Эдвард, возложив ладони на каменный блок, что-то бормочет подобно шаману, а коралловая глыба медленно всплывает вверх.

Кристофер Данн, инженер НАСА и исследователь загадочных строений, возведенных высокоразвитой цивилизацией древности, утверждает, что ворот с цепью и тренога, собранная Эдом из трех телеграфных столбов якобы для поднятия коралловых блоков, - не более чем обманки для запудривания мозгов любопытных: эти приспособления могли поднять тяжесть максимум в 10 тонн, а ведь Лидскалниньш устанавливал и 30-тонные блоки.

Данн подсчитал, что, если бы Коралловый замок строился с использованием современной подъемной техники, 20-30 рабочих затратили бы на всю работу от двух до трех лет. В то же время существуют древние мегалитические каменные храмы, сложенные из многотонных блоков и подогнанных друг к другу с невероятной точностью, как и Коралловый замок Лидскалниньша.

Как пишет известный американский ученый-естествоиспытатель Грэм Хэнкок в книге «Следы Богов», даже самые большие современные краны мира не способны передвигать блоки такого размера, которые использовались в Великой Пирамиде и других местах. Скорее всего, речь идет об их перемещении с помощью левитации.

Однако, поскольку наука пока не может объяснить, что это такое и как использовать эту неведомую силу на практике, загадка замка, рожденного любовью, остается неразгаданной.

Вадим МЕРКУЛОВ

 

 

Ответ #21: 08 06 2014, 01:57:23 ( ссылка на этот ответ )

Феллини и его маленькая фея

Великий режиссер Федерико Феллини и великая актриса Джульетта Мазина прожили в браке пятьдесят лет. Их союз был счастливым, и это несмотря на все испытания: потерю детей, постоянные измены и творческий нрав Феллини. Из этого мира они ушли практически вместе: Джульетта пережила мужа, который умер в 50-летие их свадьбы, всего на пять месяцев.

"Замужество для Джульетты оказалось не тем, чего она ждала, — признался однажды кинорежиссер Федерико Феллини. — Оно не принесло ей исполнения заветных желаний. Она ждала от брака детей. Собственного дома. И верного мужа. Я ее разочаровал. Она меня — нет". На самом деле, и Феллини это прекрасно осознавал, Джульетта Мазина не была разочарована их браком. Ну, а в остальном им сказана чистейшая правда.

Профессор музыки Гаэтано Мазина (Gaetano Masina) был одаренным скрипачом, но ради руки прекрасной Анджелы Флавии Паскуалин (Angela Flavia Pasqualin), чтобы ее богатая семья дала согласие на их брак, согласился сменить свою профессию на "более серьезное ремесло". Так всю свою жизнь отец проработал на фабрике по выпуску минеральных удобрений, не забыв рассказать своим четырем отпрыскам, чем он пожертвовал ради любви и семейного счастья. Любовь родителей, которые никогда не ссорились, стала образцом для их детей. Особенно для одной из них. Джулия Анна Мазина (Giulia Anna Masina) родилась 22 февраля 1920 (иногда указывают — 1921) года в небольшом городке провинции Болонья.

Когда девчушке исполнилось четыре года, ее забрала к себе овдовевшая тетушка Джулия, жившая в Риме. Тетя Джулия рассмотрела в племяннице актерский талант и задалась целью воспитать из нее великую актрису. Девочку не отдали сразу в школу, чтобы ненароком не травмировать ее чувствительную артистическую натуру, поэтому школьную программу Джульетта изучала летом под руководством матери-учительницы. Лишь позднее она стала учиться в школе монахинь-урсулинок. У Джулии Анны почти не было друзей среди сверстников. В круг ее общения входили приятели тетушки — поэты, литераторы, актеры и художники.

Во время учебы в Риме, где Джулия Анна изучала искусствоведение, археологию и философию, она играла в студенческом театре. Вместе с дипломом девушка получила приглашение сразу в пять столичных театров. Для совершенствования своей дикции Мазина начала работать на римском радио. Федерико Феллини в то время рисовал карикатуры и писал юмористические рассказы. Однажды он работал над сценарием и в поисках актеров на роли рассматривал фотокарточки, среди которых ему запомнилась детская улыбка Мазины. Он пригласил девушку в шикарный ресторан, предварительно заняв денег на роскошный обед, но Джулия Анна заказывала только недорогие блюда, полагая, что у ее спутника вряд ли водятся деньги.

Федерико всегда полагал, что эта встреча была предопределена судьбой. При этом Мазина рассказывала, что при первой встрече Федерико не произвел на нее особого впечатления, хотя через несколько недель они стали жить вместе в доме тети Джулии, которая из-за этого поссорилась с родителями Джулии Анны. По просьбе Федерико она изменила свое имя на Джульетту. 30 октября 1943 года пара обвенчалась. Обряд происходил на лестничной площадке дома, где они жили. Федерико уклонялся от призыва в армию и опасался появляться в церкви. На извещении о бракосочетании Федерико нарисовал их будущего малыша, спускающегося с небес.

Через несколько недель после свадьбы низкорослая Джульетта, неудачно упав со стремянки, потеряла своего первого ребенка. Вторая беременность в 1945 году, несмотря на мучительные роды, закончилась удачно, но болезненный мальчик прожил всего две недели. Больше судьба не предоставила Мазине счастья стать матерью. "Не плачь, Джульетта, ведь у тебя есть я", — успокаивал безмерно горевавшую жену Феллини. Общая трагедия еще более сплотила их.

В том же году Джульетта подружилась с любимцем всей Италии кинорежиссером Роберто Росселлини (Roberto Rossellini) и добилась своей цели — продвигать талантливого, но лишенного деловой хватки мужа в мир большого кино. Росселини пригласил Феллини сначала на должность ассистента, потом сделал его вторым режиссером, а через три года сам снял фильм по его сценарию. Позже Феллини публично заявлял, что "Росселлини был всего лишь регулировщиком, который помог мне перейти улицу". Но к регулировщику его подвела Мазина.

Не будучи верным супругом, Федерико искренно любил свою Джульетту, ради которой выдерживал настоящие схватки с продюсерами, не горевшими желанием снимать некрасивую, хоть и обаятельную женщину. Дебют Мазины в кино состоялся в 1947 году. В ленте "Без жалости" (Senza pietà) она сыграла роль проститутки Марчеллы — простодушной, с доброй, доверчивой душой. За эту роль она была удостоена "Серебряной ленты". Однако настоящий успех пришел к Мазине спустя семь лет, когда на Венецианском кинофестивале показали фильм Феллини La Strada — "Дорога". Это был их общий успех. За лучшую режиссуру Феллини удостоился на фестивале "Серебряного льва", потом получил "Оскара" в Америке за лучший фильм на иностранном языке. Это произошло впервые в истории вручения этой кинонаграды. За Мазиной, которую критики сравнивали с Гретой Гарбо, закрепилось прозвище "Чаплин в юбке". Сам Чарли Чаплин признался: "Этой актрисой я восхищаюсь больше, чем кем бы то ни было". Именем ее героини Джельсомины (Gelsomina) называли рестораны, конфеты, кукол, модели шляп и пароход.

Следующая лента "Ночи Кабирии" (Le notti di Cabiria) вознесла Джульетту Мазину на недосягаемую высоту. Отныне ее имя навсегда будет вписано золотыми буквами в историю кинематографа. И снова этот шедевр сделал Феллини. Мазине предложили заключать контракт с Голливудом сроком на пять лет, но расстаться с мужем на столь долгий срок было выше ее сил. После провала немецкого фильма Das kunstseidene Mädchen (буквально: "Вискозная девушка", в итальянском прокате — La gran vita — "Большая жизнь") Мазина долгое время не снималась. Теперь ее главной ролью была роль заботливой и любящей жены. И это уже не игра.

Подобно своему отцу она принесла в жертву свой творческий дар, чтобы полностью посвятить себя семье. Ее Федерико обожал городскую суету и она, любившая природу и мечтавшая жить в деревне, продолжала хозяйничать в их доме, в центре Рима. Летние каникулы Феллини предпочитал проводить в родном Римини и она ехала вместе с ним, хотя тамошний климат был ей противопоказан. Джульетта хлопотала не только по дому, она активно участвовала в обсуждении сценариев, выбирала натуру для съемок, занималась подбором актеров и вела трудные переговоры с продюсерами. Когда гениальный режиссер не желал общаться с нужными людьми, то по его просьбе этим занималась супруга.

Когда вдруг жены не оказывалось рядом, говорят, что Феллини мог даже прекратить работу на съемочной площадке. Без поддержки Мазины зрители могли бы не увидеть многих замечательных фильмов выдающегося мастера. Ему вручали заслуженные награды, а Джульетта сидела в зале и плакала от счастья. "Не плачь, Джульетта!" — кричал ей Феллини, помахивая очередным призом. Феллини называл ее "моей маленькой доброй феей" и утверждал, что она занимает в его жизни место, которое у других занимает религия.

Ходят легенды, что даже папарацци (слово вошло в обиход после выхода на экран в 1960 году черно-белого кинофильма Феллини "Сладкая жизнь" (La dolce vita), где был персонаж — фотограф Paparazzo) настолько уважали Мазину, что не размещали в бульварной прессе снимков, на которых Феллини был запечатлен с другими барышнями.

Мазина сыграла в 27 картинах, но ее главным достижением по праву считаются четыре роли в фильмах Феллини. В последний раз она снялась у него в ленте "Джинджер и Фред" (Ginger e Fred). Она старалась оберегать мужа от проблем реальной жизни, и когда у нее обнаружили рак, она ни словом не обмолвилась об этом с Федерико. Пока Феллини лежал в больнице своего родного Римини, Мазина легла в римскую клинику, но кто-то проболтался Федерико, что навещал ее там. Он немедленно отправился в столицу. Они находились в соседних палатах и выписались в один день накануне золотого юбилея со дня их свадьбы.

Вечером 30 октября 1993 года супруги пришли из ресторана, где прошло их первое свидание, и у Феллини случился инсульт. Режиссер скончался в день пятидесятилетия со дня их свадьбы, так и не узнав, что его Джульетта смертельно больна. Мазина умерла через пять месяцев.

Супруги по-прежнему неразлучны. Они покоятся в общем склепе на кладбище в Римини. Надгробный памятник, выполненный в форме двух соприкасающихся парусов, установлен по проекту известного миланского скульптора Арнальдо Помодоро (Arnaldo Pomodoro).

Игорь Буккер

 

 

Ответ #22: 08 06 2014, 08:52:06 ( ссылка на этот ответ )


Странности супружества в Серебряном веке    

Одна из самых известных и замечательных супружеских пар Серебряного века русской культуры и философии — Николай Александрович и Лидия Юдифовна Бердяевы. Как у большинства талантливых представителей этого периода отечественной общественной мысли, их отношения имели некоторую возвышенную особенность, если не сказать, гениальную странность.

Уроженка Харькова Лидочка Трушева была немного старше Николая Бердяева. Точно сказать насколько, уже сложнее. В советском паспорте, выданном на ее имя в 1922 году, указана дата ее рождения — 20 августа 1874 г. Оказавшись спустя два года в Германии, эмигрантке выдали удостоверение, в котором указан 1873 год. В личном деле, хранившемся в Департаменте полиции, рождение датировано 20 августа 1871 г. Биографы уверены, что именно эта дата более похожа на правду.

В семье почетного гражданина города Харькова Юдифа Степановича Трушева росли трое детей — Лидочка, брат Александр и младшая Женечка. На все лето семья покидала собственный дом в Харькове и уезжала на дачу Бабаки в Люботине Валковского уезда Харьковской области. Лидиии исполнилось 17 лет, когда умер отец. После смерти состоятельного юриста дом в городе пришлось продать, а вот дачу сохранить удалось. Мать, Ирина Васильевна, сумела найти деньги, чтобы отправить Лидию в 1891 году в Швейцарию, где в пансионе под Лозанной дочь изучала французский язык.

Писательница Ольга Волкогонова пишет: "Достаточно широко известна история письма девятнадцатилетней Лидии к Л. Н. Толстому. Сестры Трушевы находились под влиянием народнических идей служения народу, но не знали, куда они могут приложить свои силы, "по какой дороге пойти, чтобы выйти на истинный путь". Старшая, Лидия, собиралась пойти на фельдшерские курсы, но перед принятием этого решения набралась смелости и 21 сентября 1890 года написала Льву Николаевичу. Лидия, как и Бердяев, преклонялась перед гением Толстого. (Любовь к его произведениям останется с ними на всю жизнь: уже в эмиграции они будут вслух читать по вечерам друг другу "Войну и мир") В своем письме она просила совета: "Научите же меня, как жить для души, если чувствуешь ее присутствие, не дайте заглохнуть лучшим побуждениям человеческим". Как это ни удивительно, Толстой, который получал ежедневно сотни писем со всего света, ответил Лидии, — чем-то старика тронуло письмо молоденькой девушки. Он отговаривал ее поступать на фельдшерские курсы, не советовал "вообще искать средств делать добро. — Прежде всего надо искать средств перестать делать зло, которым полна наша жизнь". Великий писатель указал Лидии на христианский идеал Нагорной проповеди, с которым необходимо сличать свою жизнь (и тогда работы над собой хватит навсегда!). Он невольно угадал со своими советами: Лидия представляла собой исключение в не слишком религиозной семье Трушевых. Она пыталась продолжить переписку, написала еще одно письмо, но на него Толстой уже не ответил".

У сестер Трушевых были общие увлечения. Настолько общие, что они вышли замуж за братьев Рапп. Служащий Харьковской контрольной палаты и совладелец издательства, специализировавшегося на книгах для народа, был всего на год старше Лидии. Виктор Иванович Рапп и его брат ввели в социал-демократический кружок своих жен. Первый раз сестер Трушевых-Рапп арестовали в 1900 году. Их выпустили через 20 дней, после того как удалось убедить следствие, что они занимались с рабочими просветительской, а не политической деятельностью. Мама заплатила залог по две тысячи рублей за каждую и отправила непутевых дочек в Париж учиться в Русской высшей школе общественных наук.

Вернувшись в Харьков, сестры продолжили заниматься нелегальной деятельностью в местном комитете РСДРП. В сентябре 1903 года последовал второй арест. Освобожденные по решению прокурора, сестры обязаны были покинуть Харьков и переселиться в любой город по своему выбору. Обе семьи революционеров, находящиеся под секретным надзором полиции, выбрали более крупный университетский город. В Киеве Виктора Ивановича Раппа вновь бросили в тюрьму. Лидия Юдифовна познакомилась с киевлянином Николаем Бердяевым.

Замужняя Лидочка в бальзаковском возрасте по-настоящему заневестилась. Известный писатель Борис Зайцев вспоминал позже ее "редкостный профиль и по красоте редкостные глаза". Немногие черно-белые снимки не передают всей прелести 32-летней социал-демократки. Сближению с Бердяевым способствовало сродство душ и устремлений. За плечами обоих было увлечение революционными идеями и романами Толстого.

По своей стремительности их роман напоминал курортный, за исключением опошляющей его физической близости. К чему постель, когда можно прогуляться по брусчатке ночного Киева или покататься на лодке по Днепру. Вместо пылких ласк — бесподобно живые диалоги обо всякой чепухе на свете. Поговорить о мировоззрении Достоевского или о символистах увлекательнее, нежели тискать упругое тело партнера по любовным играм. Такое неестественное положение можно назвать полюбовным соглашением.

Молодой Бердяев был готов не только обсуждать теоретические аспекты любви в применении к философии Платона о двух ее видах — "Афродите небесной" и "Афродите пошлой, простонародной". Свою жизнь с Лидией философ видел в гармоническом слиянии духовного и плотского ("небесного" и "пошлого"). Наверное, Лидия Юдифовна возражала. Бердяев писал ей в письме: "Я не верю в чистоту физических аскетов, аскеты обыкновенно или развратны в воображении или их добродетель есть продукт малокровия и худосочия", "аскетизм есть разврат бессилия". С его точки зрения, их отношения были "слишком дружескими и детскими, слишком бескровными и постными".

В ту эпоху, обозначенную, как Серебряный век, слишком большое значение придавали проблеме пола. Это, если хотите, было мировое поветрие, а не только наше доморощенное. "С ранних лет вопрос о поле казался мне страшным и важным, одним из самых важных в жизни. С этим связано у меня очень много переживаний, тяжелых и значительных для всего существования". Молодой человек, теоретически и физически озабоченный проблемами пола — сейчас бы сказали секса — встречает замужнюю красивую женщину в полном соку, которая "как будто бы еще бесполое существо" и ему становится "страшно от мысли", что он может быть, не разбудит в ней пол.

"На половую жизнь нельзя смотреть со стороны, она возможна только, когда обе стороны забываются, когда каждый хочет другого, не может без другого, когда два должны слиться в одно, не могут жить иначе. Я думаю, не только человеческая плоть, но и человеческий дух имеет пол", — писал своей жене Бердяев. Гармонии телесного и духовного не получалось. Когда супруги были уже не так молоды, сохранилось множество свидетельств об их чисто духовном союзе. Сестра Лидии Юдифовны утверждала, что так было с самого начала их совместной жизни — они жили, как брат с сестрой, "как первые апостолы". За 10 лет до своей кончины Лидия Бердяева записала в дневнике, что ценность их с мужем союза заключалась в отсутствии "чего бы то ни было чувственного, телесного, к которому и я, и он относимся и всегда относились с одинаковым презрением, т.к. и он, и я считаем, что подлинный брак есть брак духовный".

В молодые годы Бердяев смотрел на женщину и ее предназначение иначе. Всегда афористичный бердяевский стиль вдруг становится тягуч и вязок: "Ведь дело не в том, чтобы ты согласилась жить со мной в физической близости, этого страшно мало и этого нельзя принять, если ты согласна быть моей женой для меня, а не для себя, для того, чтобы и я был удовлетворен, чтобы мне не было плохо, а не потому, что хочешь иметь меня своим мужем, для себя хочешь". Равнодушный к детям, Бердяев теоретически обосновывал свою позицию тем, что "биология устанавливает обратную пропорциональность между рождаемостью и индивидуальностью. Если органические силы идут на продолжение рода, то они естественно убывают для создания совершенной индивидуальности". И еще биографов в письмах Бердяева, адресованных супруге, поражает отсутствие в них каких бы то ни было бытовых вопросов.

 

 

Ответ #23: 07 07 2014, 15:11:40 ( ссылка на этот ответ )

Истории любви: "Алые паруса" Кончиты

Красноярск, начало июля, у памятника командору Резанову была развеяна земля с могилы его невесты Кончиты, которую привезли участники фестиваля стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Это еще один аккорд в этой истории любви, воспетой в рок-опере "Юнона и Авось".

"Если бы Кончита и Резанов поженились, история наших стран пошла бы по другому пути, а мой русский был бы намного лучше", — сказала президент и исполнительный директор историко-культурной Ассоциации по сохранению парка "Форт Росс" (крупного русского поселения в Северной Америке) Сара Свидлер — одна из инициаторов идеи. Она и вождь индейского племени Кашайя, издавна жившие в окрестностях русской колонии Форт-Росс, Лестер Рей Пинола Старший признались, что еще нигде не встречали такого теплого приема, как в Сибири.

Торжественная церемония завершилась запуском 250 надувных шаров, символизирующих 250-ю годовщину со дня рождения Николая Петровича Резанова. Одну из капсул с землей, собранной на могиле Кончиты, передали в дар Красноярскому краеведческому музею. Да и премьера рок-оперы на сцене Московского театра имени Ленинского комсомола тоже состоялась в июле.

Благодаря рок-опере "Юнона и Авось" композитора Алексея Рыбникова на слова Андрея Вознесенского на одной шестой части суши во второй половине ХХ столетия стала популярна история любви немолодого (по тогдашним понятиям) русского дворянина и юной испанской красавицы. Да, в 1806 году, когда к калифорнийским берегам пришвартовался корабль Резанова, этот будущий северо-американский штат принадлежал испанской короне.

История любви дочери коменданта крепости Сан-Франциско Кончиты и камергера Двора Его Императорского Величества Николая Резанова была воспета сначала иностранцами, в том числе и в стихах. Американский писатель Фрэнсис Брет Гарт (Francis Bret Harte) посвятил Марии Консепсьон Аргуэльо (María Concepción Argüello) небольшую балладу, названную Concepcion de Arguello.

Характерное для испанцев длинное имя превратилось в короткое Кончита (Conchita). Обычно это ласковое имя производят от Консепсьон (Concepción - "зачатие", в смысле непорочное зачатие Девы Марии). Но нам кажется, что судьбой девушке было предназначено получить свое имя от concha - "ракушка", а шире — от моря и всех его даров. Недаром нумерологи утверждают, что число имени Кончита — девять. Отсюда получается, что планета имени с числом 9: Нептун. Стихия имени с числом 9: Вода, влажность. И звери все сплошь морские: глубоководные рыбы, кит, чайка, альбатрос, дельфин. Не на белом коне, по морю приплыли к деве ее "Алые паруса".

Будучи одним из руководителей первого русского кругосветного плавания (более известного в нашей стране как плавание Крузенштерна-Лисянского), Николай Резанов направлялся с дипломатической миссией в Японию и по пути оказался у берегов Калифорнии. За четыре года до встречи с 15-летней испанкой учредитель Российско-Американской компании и дипломат Резанов потерял горячо любимую жену. Возможно, поэтому его перу принадлежит довольно фривольная фраза о том, как он, "ежедневно куртизируя Гишпанскую красавицу, приметил предприимчивый характер ея". Об этой дневниковой записи от 17 июня 1806 года упоминал поэт Андрей Вознесенский.

Резанов свободно общался на нескольких иностранных языках, в том числе превосходно владел испанским. Завороженная рассказами своего кавалера, девушка, еще подросток, отдала свое сердце седеющему мужчине с умными глазами. Она готова была отдать Резанову свою руку и уехать с ним в таинственную Россию. Препятствием для брака служила не разница в возрасте, на что в наши дни обратила бы внимание скорее Фемида, а разница в конфессиональной принадлежности. Православный жених и невеста-католичка тайно обручились. В начале лета 1806 года Резанов навсегда уплыл от своей суженой.

Будучи в Сибири, граф Резанов упал с лошади и сильно расшибся, повредив голову. 1 марта 1807 года он скончался в Красноярске. Незадолго до своего ухода Резанов упомянул о Кончите в письме к М. М. Булдакову, который был его свояком (мужем сестры его покойной жены) и одним из директоров Российско-Американской компании: "P.S. Из калифорнийского донесения моего не сочти, мой друг, меня ветреницей. Любовь моя у вас в Невском под куском мрамора, а здесь следствие энтузиазма и новая жертва Отечеству. Контепсия мила, как ангел, прекрасна, добра сердцем, любит меня; я люблю ее, и плачу о том, что нет ей места в сердце моем, здесь я, друг мой, как грешник на духу, каюсь, но ты, как пастырь мой, СОХРАНИ тайну".

Кончита так и не вышла замуж, даже когда точно узнала, что ее возлюбленного больше нет на свете. Сначала девушка проводила время на берегу океана, по легенде теперь на этом месте высится опора висячего моста "Золотые ворота" (Golden Gate) в Сан-Франциско. Остаток своей жизни донна Консепсьон провела занимаясь благотворительностью, а потом ушла в монастырь Святого Доминика под именем Мария Доминга. Она умерла 23 декабря 1857 года в возрасте 67 лет, не испытав ни радостей супружества, ни материнства.

Мария Доминга (Кончита) была похоронена на кладбище при монастыре, в 1897 году все захоронения монахинь были перенесены на специальное кладбище Ордена Святого Доменика. Николай Петрович Резанов похоронен на кладбище около Воскресенского собора города Красноярска. На средства Российско-Американской Компании над его могилой в 1831 году был установлен красивый памятник, утраченный при разрушении Воскресенского собора. В 1960 году могилу Резанова обнаружили, а прах перенесли на Троицкое кладбище и захоронили недалеко от церкви.

Игорь Буккер

 

 

Ответ #24: 20 07 2014, 17:11:24 ( ссылка на этот ответ )

Русская жена французского сына

У нее была очень плохая репутация: дочь статского советника Надежда Ивановна Кнорринг в ранней юности вышла за князя Александра Нарышкина, родила дочь — но скоро стала любовницей драматурга Сухово-Кобылина. Не единственной: у того была давняя связь с французской куртизанкой, и потому он тяготится отношениями с Надеждой. Когда на Ходынском поле был найден труп француженки с перерезанным горлом, злые языки обвиняли именно Нарышкину — мол, из ревности наняла злодея… Впрочем, убийцу не нашли.

НАЧАТЬ СНАЧАЛА

От скандала подальше, княгиня Нарышкина для «поправки здоровья» отправляется в Париж, где рожает девочку — дочь Александра Сухово-Кобылина. Малышку назвали Луиза Вебер, и девочка жила с матерью на правах безродной сироты-воспитанницы, с ними же находилась и старшая дочь беспутной дамы — Ольга… Там под крышами Парижа уже намечена была точка пересечения их судеб: русской светской львицы и француза-бастарда. 
Дюма-сын родился от внебрачной связи Александра Дюма и белошвейки Катрины Лабе. Отец, правда, не отказался от сына, а снял для него и любовницы уютный домик в пригороде Парижа. Время от времени приезжал навестить малыша, и Катрина знала, что всегда сможет обратиться за помощью к влиятельному литератору. Потом Дюма официально усыновил мальчика и забрал его у матери.
Семилетнего Александра поселили в парижском доме отца. Два раза в неделю ему разрешили видеться с матерью. Но это не устраивало жену Дюма-отца, которая говорила: «После свиданий с ней он возвращается еще более своенравным, капризным и угрюмым, чем обычно. Я твердо убеждена в том, что мать настраивает его против нас». И она была не так далека от истины...
Маленький Александр чувствовал, что с матерью обошлись несправедливо. И 30 лет спустя не мог он простить отцу страданий, причиненных матери. Он всегда был убежден, что нет преступления бесчестнее, чем измена. Таким уж вырос Дюма-сын…

ПУТЬ К СЕБЕ

Правда об истинном происхождении Александра быстро разнеслась по школе, куда его отдали учиться. О, ему пришлось несладко. Однажды на уроке одноклассники спросили учителя: «Что означает слово «бастард?». Тот из вежливости ничего не ответил, а после урока Александр отыскал незнакомое слово в словаре: «тот, кто рожден вне брака». Слезы, стыд, унижение… Всю жизнь он будет размышлять над судьбой таких вот как он детей — незаконнорожденных, безвинно презираемых. И всегда будет жалеть их матерей, соблазненных и брошенных.
Впрочем, юность моралиста прошла вполне традиционно для его класса: в 20 лет Дюма-сын познакомился с куртизанкой Альфосиной Плесси, называвшей себя Мари Дюплесси. Об их бурном романе говорил весь Париж, ссоры чередовались с трогательными примирениями до тех пор, пока Дюма окончательно не решился на разрыв опостылевшей связи. Он уехал с отцом в путешествие, а вернувшись, с ужасом узнал, что Мари умерла от чахотки.
И Дюма-сын, изнемогая от чувства вины, пишет роман об их любви. Речь о «Даме с камелиями» — книге, которую прочли, вероятно, все девушки в мире. А великий композитор Джузеппе Верди по этому сюжету написал самую знаменитую свою оперу: «Травиату». Кстати, из-за «Травиаты» они всерьез поссорились — уязвленный писатель возмутился, что композитор не спросил его разрешения на создание либретто.
Естественно, Нарышкина восторгалась модным романом и пролила немало слез над судьбой несчастной героини Дюма-сына. Тем временем, судьба все ближе подводила нашего «моралиста» к русской княгине с дурной репутацией. И, наконец, встретились.
Много лет они прожили «в грехе». И поженились только тогда, когда любовь ушла…

НЕТ ДОРОГИ НАЗАД

Надежда Нарышкина в Париже жила весело, не избегая рискованных развлечений. Особой красотой она, правда, не блистала: небольшого роста, рыжеватая, с неправильными чертами лица — зато отличалась живостью нрава, была обаятельной, весьма остроумной и очень грациозной.
Она вела привычный образ жизни светской львицы и пользовалась успехом, умела очаровывать мужчин непринужденной болтовней, самоуверенностью и пренебрежением к мнению общества. Она открыто жила с бывшим послом в Петербурге герцогом Морни, братом императора Наполеона III. Сплетничают, осуждают — ах, пусть себе!
В 1852 году ее познакомили с Дюма-сыном. Он спасовал перед чарами русской кокетки, стал рабом страсти. «Это существо физически очень обольстительно. Она пленяет меня совершенством форм. Все нравится мне в ней: душистая кожа, тигриные ногти, длинные рыжие волосы и глаза цвета морской волны!», — откровенничал он в письмах к доброй своей приятельнице Жорж Санд.
Его обожаемая Надин ко всему была еще и очень капризна, а Дюма-сыну нравилось чувствовать себя укротителем. Он, пожалуй, женился бы на ней сразу, но русский муж коварной обольстительницы не давал ей развода. Собственно, ему бы и хотелось избавиться от развратницы-жены, но развод — это страшное пятно на репутации, а князь не желал рисковать карьерой.
В 1858 году Александр Дюма закончил пьесу «Внебрачный сын», а спустя два года у него родилась незаконная дочь. Надин рожала под присмотром самых дорогих врачей, назвала девочку Мария-Алисандра-Анриетта и четыре года выдавала ее за сиротку, взятую на воспитание. Когда же в 1864 году из России пришла весть о смерти Александра Нарышкина, Надин и Дюма-сын выпили шампанского от счастья: они могли, наконец, пожениться!

СЧАСТЬЕ БЫЛО ТАК ВОЗМОЖНО

Церемония совершалась в тайне, свадьба была скромной, на ней присутствовали четыре свидетеля и, конечно, родители — Дюма-отец и постаревшая Катрин. Жорж Санд не приехала на церемонию, но послала своему другу Александру в подарок вазу в форме урны, намекая, что его свобода после свадьбы станет пеплом. Но Дюма-сын был вполне доволен: ему удалось привести личную жизнь в согласие со своими нравственными идеалами. Ничего, что страсть стала остывать. Главное — он все сделал правильно!
Увы, счастья ему этот брак не принес: он скоро понял, что единственное чувство, оставшееся у него к Надин, — чувство долга. Но жена вновь забеременела, и писатель воспрял духом: наконец-то бог послал ему наследника! К несчастью, на пятом месяце у Надин случился выкидыш, после которого она тяжело болела и даже слегка помешалась. У нее начались неконтролируемые вспышки гнева, сменявшиеся периодами апатии и приступами ревности. Любую женщину, оказавшуюся рядом с мужем, она готова была убить из ревности. Что самое ужасное, ревновать мужа она стала даже к собственной старшей дочери, Ольге.
Дюма мрачнел, сторонился людей — ему неловко было появляться в обществе с женой-истеричкой. Когда 3 мая 1867 года Надин родила еще одну дочь — вместо наследника, о котором он так мечтал! — Александр решил, что между ними все кончено. Нет-нет, он продолжал быть нежным отцом, баловал своих девочек, гордился ими. Только ради них и не требовал развода, годами терпел их невыносимую мать, каждое движение которой было ему теперь отвратительно.
Доктора поставили диагноз: мадам Дюма душевно больна и выздоровление не наступит. Наверное, в этой беспросветной истории Дюма уже не надеялся на счастье: но в 1891-м влюбился. Как мальчишка. Александр встретил прелестную Анриетту Эскальс — и наш противник супружеских измен упал в ее объятья.
Он очень страдал от того, что его последняя любовь оказалась незаконной, нечистой. Ждать своего шанса на «честную страсть» ему пришлось четыре года: Надин умерла 2 апреля 1895 года, а через два месяца 70-летний Дюма-сын женился на Анриетте. Увы, у него не осталось времени на счастье: через четыре месяца Дюма скончался…

Ирина Воскресенская
Никогда не нужно стыдиться самой неудачи, стыдиться нужно страха перед неудачей.

 

 

Страниц: 1 ... 3 4 5  | ВверхПечать