Максимум Online сегодня: 292 человек.
Максимум Online за все время: 3772 человек.
(рекорд посещаемости был 06 01 2017, 22:59:15)


Всего на сайте: 24816 статей в более чем 1761 темах,
а также 287334 участников.


Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

 

Сегодня: 27 11 2022, 12:43:11

Сайт adonay-forum.com - готовится посетителями и последователями Центра духовных практик "Адонаи.

Страниц: 1 2 | Вниз

Опубликовано : 26 07 2008, 02:06:30 ( ссылка на этот ответ )

Эзотерические путешествия - это качественно новое и по-своему, уникальное направление туризма. Эзотуризм  начал набирать свои обороты 10-12 лет назад, но уходит своими корнями в многовековую историю духовного паломничества.

По данным туроператоров, популярность эзотерических туров ежегодно возрастает на 25-30%, и это не случайно...

Мы живем во времена небывалого духовного подъема и трансформации сознания и именно эзотерический туризм, являет собой инструмент, способный привнести в жизнь человека возможность не просто отдохнуть от повседневности и насладиться прекрасными местами нашей планеты, но также посмотреть на себя и свою жизнь со стороны, заглянуть вглубь и дотронуться до самой сути того - что есть человек.

Расширяя свой кругозор и приобщаясь к сокровищам древних культур, человек способен пробудить свои скрытые резервы, способствующие разрешению многих жизненных вопросов, расширению сознания, процветанию и успеху, раскрытию мистических способностей.

На Земле существовало множество древних цивилизаций, оставивших после себя зашифрованные знания. Их остатки были погребены и хитроумным образом сокрыты, иногда вполне намеренно и с определенной целью. Наступило время, когда они начинают подниматься на поверхность. Только по настоящему устремленному к самопознанию человеку открываются безграничные кладовые космической мудрости, записанной в живой библиотеке Земли. Земля - это живое существо, и она раскрывает перед нами свою суть по мере того, как мы становимся способны воспринимать ключи и изменяем свое мировосприятие.

С помощью древних знаний и духовных практик, которые являются неотъемлемой частью большинства эзотерических туров, человек получает уникальную возможность познать свой внутренний мир, изменить течение своей жизни, и увидеть реальность глазами           истинно счастливого человека.
Главной задачей эзотерического туризма является раскрытие истинной цели и ценности существования человека, научить его ощущать всю полноту жизни, прибывая не где-то в своем прошлом ,или будущем, но в сокровенном моменте "ЗДЕСЬ" и "СЕЙЧАС".

Места Силы, являются неотъемлемой частью эзотерических путешествий. Они пропитаны обращениями к божественному, и именно оттуда пришли многие великие учителя человечества. Эти места с особой энергетикой, они несут сознанию человека световые коды, которые благотворно воздействует на физическое и духовное здоровье человека и способны раскрыть в человеке тайные, древние знания, которые он может использовать в своей жизни на благо себе и другим.

Путешествие в места силы Тибета, Индии, Израиля способно изменить путешественника,  паломника раз и навсегда. Эзотерический туризм - это выбор людей, жаждущих не только насладиться культурным и религиозным великолепием необычных уголков планеты, но также прикоснутся к вечным тайнам мироздания, и при помощи древних знаний и мудрого опыта веков стать на путь здоровья, счастья и гармонии, найти ответы на свои сокровенные вопросы.

http://www.spiriturs.com

* Особые места силы.jpg

(80.01 Кб, 604x543 - просмотрено 2278 раз.)

* Особые места силы в Турции.gif

(119.99 Кб, 400x306 - просмотрено 2378 раз.)

* Места силы в Крыму.jpg

(288.59 Кб, 630x472 - просмотрено 2232 раз.)

Последнее редактирование: 07 03 2012, 00:35:10 от Administrator

Кто знает, куда смотреть, рано или поздно увидит то, что хочет увидеть.

 

 

Ответ #1: 28 07 2008, 19:36:10 ( ссылка на этот ответ )

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЮЖНУЮ АМЕРИКУ

ГОРОД МАЧУ ПИЧУ


Мачу Пичу, знаменитый тайный город инков, спрятанный на горном хребте на высоте 2400 метров. Этот город несколько столетий безуспешно искали испанские завоеватели. Именно там, по-видимому, было спрятано легендарное золото древней империи, включая и золотые статуи великих Инков.

Мачу Пичу нашли только в начале 20-го века, и то практически случайно. Раскопки показали, что Инки ушли оттуда в первой половине 19-го века! Причем забрали и унесли с собой все ценное. Археологи смогли найти только битые черепки и старые захоронения. Всё вожделенное золото исчезло.

Многие, не без основания, считают, что хранители традиции Инков существуют до сих пор. Просто, почувствовав приближение европейской цивилизации, они покинули Мачу Пичу и переместились в дремучую сельву. Именно там, возможно, находится таинственный золотой город Эльдорадо.

Как и все каменные строения инков, Мачу Пичу очень хорошо сохранился. За столетия разрушились только деревянные стропила и крыши. Сам город расположен на плоской вершине горы и окружен ступенчатыми террасами, где выращивали кукурузу и другие сельскохозяйственные растения. В древности к нему можно было пройти только по извилистой тропе, идущей по гребню горы. Говорят, было еще несколько тайных троп на склонах горы.

Совсем рядом с древним городом расположен горный пик Вайна Пичу, на его вершине находятся храмы Солнца и Луны. В очертаниях этого пика не трудно увидеть голову Пумы, обращенную к городу. В свою очередь часть города возле пика напоминает очертаниями ящерицу. А весь город, если смотреть на него с пика Вайна Пичу, похож на летящую птицу. Эти образы отнюдь не случайны, у инков сакральные архетипы животных играли очень большую роль. Так Пума символизировала средний мир, Кондор верхний, а Змея, ящерица нижний. Эту же трехуровневую стратификацию мира можно увидеть и в трехступенчатых алтарях, пирамидальных платформах и других подобных сооружениях.

Первое что поражает, так это то, как такой большой город, населенный людьми мог оставаться "невидимым" несколько сотен лет. Ведь жители покинули его только в начале 19-го века. И все эти столетия испанские колонизаторы искали как безумные легендарное золото инков, которое было буквально под боком. Похоже, тут не обошлось без специальных магических техник создания иллюзии или майи, как её называют индусы. С помощью подобных техник или магического гипноза в древности могли изменять внешний облик живых и неживых объектов, делать определенные места нашей планеты, невидимыми и недоступными. Тут сразу напрашиваются аналогии со знаменитой Шамбалой, легендарным городом или страной, расположенным где-то в Гималаях. В данном случае и сами Анды во многом напоминают Тибет - это так же гигантское плоскогорье, расположенное на высоте 3000-5000 тысяч метров.

На небольшом плато, на склоне горы выше основного комплекса Мачу Пичу расположен небольшой дом на краю обрыва и странное сооружение, вырезанное из каменного монолита. Оно выглядит как стол или алтарь с очень сложным рельефом боковых поверхностей. Это, кстати характерно для всех сооружений инков, такое впечатление, что они пытались втиснуть четырёхмерное пространство в узкие рамки трёх измерений.

В самом городе на вершине пирамидального холма расположен огромный камень очень сложной формы. Из его плоской верхней поверхности торчит прямоугольный каменный столб высотой около метра, а шириной сантиметров 30-40. Если вспомнить эзотерические традиции Земли, то больше всего это сооружение напоминает алтарь в форме древа мира или священной горы (столб в центре плоской поверхности). Такой алтарь одновременно является и картой тонкоматериальной реальности, где осевой камень олицетворяет ось вселенной, связывающую нижний средний и верхний миры. У таких алтарей обычно делались подношения Богам и Духам, а так же проводились шаманские погружения в тонкоматериальную реальность.

Из других оккультно-магических сооружений большое впечатление производят водяные магические зеркала. Они представляют собой небольшие каменные ниши, выдолбленные в скальном монолите пола храмового комплекса и заполненные водой. Причем каменное обрамление таких зеркал приподнято над уровнем пола. По-видимому, отражения звезд и других небесных тел в водной поверхности таких зеркал служили важным элементом религиозных и магических обрядов. К сожалению, до нас дошло мало информации об обрядах древних Инков, однако аналогии с мистико-магическими традициями других народов позволяют выдвигать гипотезы о предназначении тех или иных культовых предметов. Те же магические зеркала были очень широко распространены в древних культурах и использовались как для прорицания, так и в качестве тоннелей для переходов в шаманских состояниях сознания между мирами, применялись в медитативных практиках. Можно вспомнить знаменитый образ "луна в воде" из Даосизма. В качестве магических зеркал могли использоваться и скальные плиты с ровной или вогнутой поверхностью. Несколько таких гигантских плит можно так же увидеть в комплексе Мачу Пичу.

Встречаются так же камни, имеющие форму сакральных животных. Например, выступ на скальном полу храма, имеющий форму Кондора. Или огромный плоский камень похожий на морскую свинку, расположенный у площадки, где собирались жрецы. Надо сказать, что морская свинка была священным животным у инков, а одновременно использовалась простонародьем и в пищу, как основной источник белка.

В храмовом комплексе есть так же несколько скальных выступов, чья форма практически идентична рельефу гор, окружающих Мачу Пичу. Таким образом, возникает самоподобная фрактальная структура, напоминающая древний принцип малое в большом, большое в малом. Есть так же камни, тень от которых в определенные моменты становится похожей на созвездия или сакральных животных.
Очень интересные формы так же образуют многочисленные ручейки и водопады, неожиданно возникающие в том или другом уголке древнего города и бегущие по причудливым скальным каналам и водостокам. Все это демонстрирует, сколь тонко чувствовали архетипы формы и пространства древние инки.

Немало загадок связано и со строительными технологиями инков. Так они не использовали строительных растворов, скрепляющих каменную кладку. Однако удивительно точно подгоняли строительные блоки друг к другу, так что между ними не пройдет лезвие ножа. Если учесть что часто кладка состояла из огромных блоков, весом от сотен килограмм до тонн, да ещё имеющих разную форму и размеры, трудно вообразить какие технологии они использовали для подгонки блоков друг к другу.

В особо ответственных местах блоки скрепляли с помощью металлических скобок. В соседних блоках делались т-образные разрезы, и в них заливался расплавленный металл. Образовывался профиль, напоминающий рельс в разрезе, он и держал блоки вместе. В Мачу Пичу нашли одну такую скобку. Вот только сделана она была из сплава циркония! Очень прочного и тугоплавкого металла, который стали использовать только в 20 веке. Как они смогли получить цирконий и изготовить этот сплав, с помощью тогдашних технологий, до сих пор остается загадкой.

* город Мачу Пичу.jpg

(87.09 Кб, 540x405 - просмотрено 2673 раз.)

* пик Вайна Пичу.jpg

(56.72 Кб, 540x405 - просмотрено 2713 раз.)

 

 

Ответ #2: 12 10 2008, 21:27:12 ( ссылка на этот ответ )

АРКАИМ - ЗАГАДОЧНОЕ МЕСТО СИЛЫ?

     Природно-ландшафтный и историко-археологический музей-заповедник “Аркаим” (Челябинская область) и его окрестности являются обширной аномальной зоной - местом силы с “необычной” энергетикой. В Аркаиме периодически можно наблюдать НЛО, вспышки света, свечение, туманные сгустки и другие аномальные явления.

      В древности в этих местах был одноименный город Аркаим. Он имел кольцевую структуру и был четко сориентирован по звездам (древняя арийская культура придавала астрологии большое значение). Но около 4 тысяч лет назад жители по причине аномальности места оставили город и сожгли его. Аркаим связывают с легендами древней Сибири и Урала, наделяют мистическими свойствами.



       Аркаим - это крупное сооружение представленное цельной конструкцией, возраст которой 20 000 лет. Две полых постройки вписаны друг в друга, а окружает их земляной ров глубиной 1,5 - 2 метра.
        Внутри 25 жилищ, изолированных от всех высокой и толстой стеной. Во внутреннем круге находились те люди, которые обладали тем, что не показывали жителям внешнего. Тайн в Аркаиме оказалось немало.
        Это сооружение с 4-х метровыми входами по сторонам света был построен из камня с высочайшей точностью исполнения.
        Это сооружение сложное и точно продуманное. Сама геометрия его содержит круги, квадраты и прямоугольники. Такое построение близко принципу м...лы - сохранному символу буддисткой культуры.
        Слово м...ла - это круг, колесо, сообщество, собрание. Мандала является моделью вселенной - картой космоса.
        В Аркаиме, где стена одного дома является стеной другого, отражается понятие круг времени. Имеет место и концепция центра, до которого можно добраться только минуя все ловушки и лабиринты. Круг - очень интересная фигура, которая имеет много символов во вселенной и обществе понимания пространства и времени. Везде в Аркаиме присутствует господство сакральной геометрии.
       Рисунок Аркаима представляет собой свастику. Это особый символ древних, защищавший священное пространство - символ победы солнца над тьмой Аркаим создан с учетом м...лы и свастики.
        Спустя четыре года появились предположения о том, что Аркаим - древнейшая обсерватория, равная по значению Стоунхенджу в Англии.
        Возраст Стоунхенджа - 4 тысячи лет, а Аркаима - 4800 лет, между ними 4000 км, а расположены они на одной широте - 43,2.
       В древнеиндийском трактате Артхашастра описывался похожий город. Аркаим - обладатель особой магии, имеющий мощнейшее притяжение и магнетические свойства. Предания гласят, что некогда древняя раса с затонувшего материка расселилась здесь. В этом же месте проходят тектонические разломы коры и выходит мощная энергия таинственной силы.

       Здесь есть две горы: воронья - гора любви и шаманизма и гора здоровья - активизирующая и подпитывающая энергетику человека. Место для Аркаима выбрано не случайно, оно сопряжено с сакральными местами.

* arkaim.jpg

(10.1 Кб, 300x225 - просмотрено 10985 раз.)

* arkaim1.jpg

(16.5 Кб, 300x225 - просмотрено 11809 раз.)

 

 

Ответ #3: 02 09 2010, 11:15:52 ( ссылка на этот ответ )

Майяский город Чичен-Ица находится в 120 км к востоку от города Мерида в мексиканском штате Юкатан. Этот город был основан еще в 455 году индейцами-ицами рядом с колодцем-сенотом, по имени которого Чичен-Ица и получила свое название — «Устье колодца (племени) ица». Спустя два столетия (в 692 г.) ицы оставили город.
    В первой трети X века над землями майя начала собираться гроза. Бывший правитель центральномексиканского города Толлана, Топильцин Ке-цалькоатль — Пернатый Змей, потерпевший поражение в борьбе с соперниками, бежал со своими приверженцами на побережье Мексиканского залива и там объединил вокруг себя несколько индейских племен, самым крупным из которых были тольтеки. Встав во главе нового племенного союза, Кецалькоатль повел своих воинов на юг — в дебри Юкатана…
    К тому времени «золотой век» майя уже миновал и великая цивилизация явно клонилась к упадку. Под ударами тольтеков один за другим пали некогда цветущие города — Копан, Ушмаль, Паленке, Тикаль. Бывшие хозяева этой земли, майя, частью покинули ее и ушли в иные места, частью попали в подчинение к тольтекским завоевателям. Многие города запустели и заросли джунглями. Но жизнь продолжалась, и новое время творило новые памятники.
    В течение трех столетий Чичен-Ица являлась значительнейшим городом всего майяского мира и важнейшим центром паломничества, сыграв в доколумбовой Америке такую же роль, какую в свое время играли Кносс на Крите или Ур в Месопотамии. Чичен-Ицу иногда называют «Парижем майяского мира».
    Закат великого города начался в конце XII столетия. Около 1200 года правитель города Майяпан Хунак Кеель разгромил Чичен-Ицу, и после этого разорения город уже оправиться не смог.
    В 1441 году город снова, уже окончательно, был оставлен жителями. Но, в отличие от большинства майяских городов, Чичен-Ица была известна уже во времена испанского завоевания Центральной Америки. И еще с тех пор этот город притягивал к себе европейцев.
    Одним из самых загадочных памятников Чичен-Ицы долгое время оставался знаменитый колодец, давший название городу, — священный сенот, «Колодец Жертв», главный естественный водоем и сердце Чичен-Ицы. К этому колодцу со всего Юкатана тянулись процессии паломников. От священного сенота брали свое начало вымощенные белым известняком дороги, соединявшие Чичен-Ицу с другими главными городами майя.
    Сеноты (от майяского слова «цонот») играли особую роль в жизни майя. На Юкатане, в отличие от лесистого юга, нет ни рек, ни даже ручейков — известняк, покрывающий всю территорию полуострова, чрезвычайно порист, и потому вода просачивается сквозь него, как через песок. Но, проникая сквозь известняковую кору, вода сливается с подземными реками, заполняет провалы и воронки — и так по всему Юкатану образовались глубокие природные водохранилища, сеноты. Во многих майяских городах они почитались как священные места — ведь от воды полностью зависело хозяйство майяских земледельцев. Там, где имелись сеноты, еще в глубокой древности возникли и развивались важные центры своеобразной цивилизации майя.
    В Чичен-Ице сенотов было два. Один из них был известен у местных индейцев под названием «Штолок» («игуана»). Его края не очень обрывисты, и потому он был главным источником воды для города. Другой сенат и есть знаменитый «Колодец Жертв». Он представляет собой гигантскую круглую воронку диаметром около 60 м. Его отвесные стены, сложенные из известняка, круто обрываются вниз, к темно-зеленой воде. В стене сенота вытесана лестница. По ней женщины Чичен-Ицы спускались к воде, чтобы набрать ее в глиняные сосуды. От края колодца до зеркала воды — 21 м. Глубина сенота, включая многометровую толщу ила, достигает 58 м.
    Сенот Чичен-Ицы являлся местом ритуальных жертвоприношений и паломничества. По преданию, в числе даров, приносимых сюда, были и человеческие жертвы: с соответствующими торжественными обрядами в сенот бросали девственниц. «Священный сенот Чичен-Ицы на Юкатане, — писал американский антрополог Э. Хутон, — был одним из главных источников романтических историй о майя. Колодец образовался в результате падения сводов пещеры над одной из подземных рек, которая пробила себе путь сквозь известняковые пласты. Согласно древним преданиям, во времена стихийных бедствий и невзгод в колодец бросали девушек и вместе с жертвами разного рода драгоценности».
    Эта красивая легенда привлекла в Чичен-Ицу Эдварда Герберта Томпсона, американского консула в Мериде. Он приехал сюда в 1904 году, горя желанием разгадать тайну «священного сенота».
    В книге «Народ Змеи» Томпсон так описывает свое первое впечатление от разрушенного города: «Постепенный подъем, извивающаяся между валами тропинка и большие деревья до такой степени напомнили мне лесные прогулки на родине, что меня буквально потрясло, когда я, наконец, понял, что валуны, мимо которых я проходил без особого внимания, имели обтесанную поверхность и служили некогда резными колоннами или скульптурными опорами. Потом, когда я начал понимать, что ровная, заросшая травой и кустарником поверхность — не что иное, как терраса, сделанная руками древнего человека, я поднял голову и увидел над собой огромную каменную громаду, упирающуюся вершиной в небосвод, и все остальное сразу было забыто. Террасовидную пирамиду, облицованную плитами известняка, с широкими лестницами, ведущими наверх, увенчивал храм. Другие здания, высокие холмы и разрушенные террасы оказались погребенными в зарослях джунглей, и только темно-зеленые возвышения на горизонте говорили о том, где они некогда находились. Перо писателя и кисть художника бессильны выразить чувства, которые возникают при виде пепельных стен этих древних сооружений, ярко освещенных тропическим солнцем. Старые… изъеденные временем, суровые, внушительные и бесстрастные, они возвышаются мощными громадами над окружающей местностью, и не находишь слов, чтобы описать их. Развалины города Чичен-Ицы занимают пространство в три квадратных мили. По всей этой площади разбросаны тысячи резных и обтесанных камней и сотни рухнувших колонн, а бесформенные руины и контуры стен огромных полуразрушенных строений видны на каждом шагу. Семь массивных построек из резного камня, сцементированного необычайно крепким раствором, имеют отличную сохранность и почти пригодны для жилья. Их фасады, хотя и серые, мрачные и изборожденные временем, подтверждают мнение, что Чичен-Ица — один из величайших в мире памятников древности».
    Долгие дни и недели Томпсон проводил на берегу сената, размышляя, как лучше подступиться к сложной задаче. Наконец у него созрел дерзкий план. Прежде чем приступить к его выполнению, Томпсон отправился в Бостон, где рассчитывал изучить водолазное дело и познакомиться с различными видами подводного снаряжения. Он сконструировал и построил портативный подъемный кран и специальный землечерпательный снаряд. Это приспособление легко можно было установить у края колодца и приводить в движение ручной лебедкой. Землечерпалку и все необходимое для ее работы оборудование в намеченный срок доставили в Чичен-Ицу и установили на платформе, почти на самом краю сената.
    Первые дни работы не принесли никакого результата. Тяжелый стальной ковш поднимал с глубины лишь грязь и истлевшее дерево. «Временами, — писал Томпсон, — как бы дразня меня, землечерпалка поднимала наверх черепки глиняных сосудов, относившиеся, несомненно, к глубокой древности. Но я решительно отбросил мысль, что эти черепки — те доказательства, которые я искал. Обломки сосудов, доказывал я себе, вымытые из верхних слоев дождями, можно найти в любом уголке древнего города».
    Наконец упорство Томпсона было вознаграждено. «Я помню все, как будто это случилось вчера, — писал он, — я поднялся утром после бессонной ночи. День был такой же серый, как и мои мысли, а от густого тумана с листвы деревьев падали капли воды, совсем как слезы из полузакрытых глаз. Я потащился сквозь эту сырость вниз, где, как бы призывая меня, выбивала стакатто землечерпалка. Съежившись под навесом из пальмовых листьев, я стал наблюдать за однообразными движениями смуглых туземцев, работавших на лебедке. Ковш медленно выплыл из клокотавшей вокруг него тяжелой воды, и вдруг я увидел на поверхности шоколадно-коричневой грязи, наполнявшей его, два желтовато-белых, округлых комочка. Когда же эта масса проплыла над краем колодца и опустилась на платформу, я выхватил из нее оба предмета и внимательно осмотрел их».
    Эти желтые шарики были комочками священной смолы копал. Вероятно, они были брошены в колодец вместе с другими приношениями, упоминавшимися в преданиях. Начиная с этого момента, ковш землечерпалки вместе с илом каждый раз приносил все новые и новые предметы — десятки крошечных колокольчиков, статуэток, подвесок, топоров и дисков, сделанных из меди и золота. «Среди них, — писал Томпсон, — встречались предметы почти из чистого золота, литые, кованые и выбитые на листовом золоте, но их оказалось довольно мало, и они играли сравнительно небольшую роль. Большинство же так называемых «золотых» предметов изготовлено из низкопробных сплавов, в которых больше меди, чем золота».
    С помощью землечерпалки и водолазного снаряжения Томпсону удалось поднять со дна колодца не только многочисленные украшения из нефрита, золота, меди и множество других предметов, но и останки по крайней мере сорока двух человек, когда-то брошенных в сенат. Так подтвердились сообщения старых летописей о человеческих жертвоприношениях.
    Впрочем, из 42 извлеченных черепов, как оказалось, 13 принадлежали взрослым мужчинам в возрасте от 18 до 55 лет, 8 — женщинам в возрасте от 18 до 54 лет и 21 — детям от 1 до 12 лет. Три из восьми женщин имели еще при жизни серьезные травмы головы — видимо от тяжелых ударов по черепу, у одной женщины был сломан нос. Такие же прижизненные травмы имели и многие мужчины, брошенные в сенот. Очевидно, что эти люди не пользовались среди майя каким-либо уважением и почитанием и являлись скорее всего пленниками или рабами. Красивая легенда о юных девственницах, увы, так и осталась легендой: результаты исследования найденных в колодце человеческих костей свидетельствуют о том, что детей приносили в жертву чаще, чем взрослых.
    Работы Томпсона в Чичен-Ице открыли новую главу в истории археологической науки — фактически они заложили фундамент подводной археологии. Но исследования «священного сената» на этом не закончились. В 1961 году здесь работала экспедиция Национального института антропологии и истории в Мехико. За четыре месяца поисков мексиканские археологи нашли керамический кубок и каучуковые фигурки людей и животных, бусы, кусочки полированного нефрита, золотые подвески и десятки медных колокольчиков. Со дна колодца извлекли деревянную куклу, закутанную в обрывки ветхой ткани, деревянные серьги с мозаичными вставками и прекрасный костяной нож, рукоять которого была украшена иероглифами и обернута золотой фольгой.
    «Священный сенот» открыл перед учеными настоящую подводную кладовую, где были собраны изделия не только самих майя, но и других народов, живших вдали от Юкатана, — ведь еще испанский хронист Диего де Ланда писал, что «занятием, к которому майя имели величайшую склонность, была торговля». В Чичен-Ицу привозились товары из империи ацтеков, Гондураса, Коста-Рики, Белиза, Панамы, Колумбии.
    В 1967 году экспедиция мексиканских ученых вновь отправилась в Чичен-Ицу. В ходе новых исследований в глубинах сената удалось обнаружить два резных деревянных трона, около сотни глиняных кувшинов и чаш разных размеров, форм и эпох, куски ткани, золотые украшения, изделия из нефрита, горного хрусталя, кости, перламутра; янтаря, меди и оникса. И — снова человеческие кости…
    Испанские хроники XVI века свидетельствуют, что последние крупные жертвоприношения людей в Чичен-Ице производились накануне прихода конкистадоров. Но сам город был уже мертв по крайней мере в течение двухсот веков. И сегодня только гигантские развалины напоминают о былом величии города. А «священный сенот» со временем превратился в заросшую ползучими растениями грязную дыру, заполненную зеленой водой.

 

 

Ответ #4: 06 09 2010, 16:27:47 ( ссылка на этот ответ )

Танаис

Развалины Танаиса.

Танаис - древнегреческий город на побережье Азовского моря.

Упоминания о нем сохранились в греческих рукописях. Это был значительный центр торговли греков с севернопричерноморскими народами. Долгое время о местонахождение города было неизвестно. Следы этого города впервые обнаружил, но не успел раскопать Иван Алексеевич Стемпковский.




И. А. Стемпковский, член-корреспондент Парижской академии. По его программе, представленной Новороссийскому генерал-губернатору графу М.С. Воронцову, были созданы музеи древностей в Одессе и Керчи, затем и Одесское общество истории и древностей. Полковник, высокообразованный человек, для которого были важны не столько военные учения или парады, сколько уникальная возможность при кочевом образе жизни военного посвятить себя изучению истории и культуры. Во время командировки на Волгу в 1823 г. он решил проехать берегом Азовского моря от Таганрога до Ростова. Этот путь он пожелал проделать очень медленно, - для того чтобы попытаться найти какие-либо следы Танаиса. Ведь по Страбону, которого Стемпковский прочел в Париже во французском переводе, было ясно, где искать этот затерянный город: он располагался в устье реки Танаис (Дона), при впадении ее в Меотийское озеро (Азовское море).

За два тысячелетия береговая линия Черноморского побережья изменилась. Полковник не мог быть уверен в соответствии очертаний дельты Дона XIX столетия очертанию в начале нашей эры. К тому же он сам убедился в том, что берега Мертвого Донца, правого рукава Дона, не содержат и намека на существование в прошлом какого-либо поселения. Правда, была вероятность, что Танаис находился на левом краю дельты, в районе Азова...

Задержавшись в Таганроге, Иван Алексеевич выяснил, что ни о каких развалинах там не слышали, хотя по почтовому тракту Таганрог - Ростов многие ездили. Стемпковский зацепился лишь за упоминание неких заросших "траншей или окопов", которые можно наблюдать в районе села Недвиговки, что на правом, высоком берегу. Полковник находит эти "окопы". И не "окопы" даже, а древние укрепления! Ошибки быть не могло: ведь он уже видел Ольвию около Очакова. А здесь вокруг "укреплений" был древний ров. Надо рвом угадывались расползшиеся остатки вала... Похоже на то, что и впрямь это исчезнувший Танаис.

Главное, Стемпковский нашел черепки битой посуды. Это была самая настоящая греческая посуда - осколки амфор. А еще Иван Алексеевич поинтересовался и разглядел монеты, которые в небольшом количестве были найдены в Недвиговке. Это были монеты Боспорского царства.

И самое главное: ему, военному, стало ясно стратегическое значение этого во всех отношениях удобного возвышенного места. Именно здесь мог стоять древний город. Покинув Недвиговку и прибыв в Ростов, Стемпковский встретился с обладателями схожих находок - и с того же места! Правда, некоторые находки были сделаны не в Недвиговке, но эти немногие исключения не показались искателю важными. Тем более что места эти тоже располагались в основном по течению Мертвого Донца. Иван Алексеевич увидел монеты боспорского царя Савромата I (93-123 гг. н. э.), Котия II (123 - 132 гг.), монеты других царей I-III веков новой эры.

Возвращаясь через несколько месяцев с Волги, Стемпковский проехал тем же трактом. Он обследовал все указанные ему любителями древностей места. И убедился, что там тоже когда-то жили люди. Но наличие этих поселков (ни в одном из них он не обнаружил следов укреплений и городских стен) при большом городе как раз и говорило в пользу Недвиговки: именно там должен был когда-то кипеть жизнью Танаис. Так он и написал в письме Ивану Павловичу Бларамбергу, одесскому археологу и нумизмату.

Прошло тридцать лет. И.А. Стемпковский через пять лет после того своего путешествия скончался. Возникли новые обстоятельства, так как наступило новое время. Ради определенных, в том числе стратегических, целей правительство Николая I стало дополнительно раздавать земли казачеству: близилась очередная война с Турцией, коими изобилуют и XVIII, и XIX век.

Лев Алексеевич Перовский, министр уделов, много полезного сделавший для развития археологии и сохранения древностей в России, подает докладную записку, прошение императору Николаю, где сетует на то, что на розданных землях казаки, во-первых, распашут городище в окрестностях Недвиговки, а во-вторых, все, что выворотит из земли плуг, употребят по своему усмотрению: драгоценности присвоят, а каменную кладку, если таковая имеется, растащат на строения. Пора раскопать городище, могущее оказаться Танаисом. Лев Алексеевич намекнул и на то, что казаки кроме древних руин распашут и имеющиеся там во множестве курганы.

Страсть Николая I к древним сокровищам, которые он давным-давно особым указом повелел считать своею собственностью, дабы они "пополняли и обогащали музеум Эрмитаж" хорошо известна. Царь выделил три тысячи целковых на раскопки. И назначили руководителем этих раскопок Павла Михайловича Леонтьева, 30-летнего профессора Московского университета по кафедре римской словесности и древности. По счастливому совпадению, Павел Михайлович оказался не только знаком с мнением И.А. Стемпковского, но и разделял его.

Впрочем, в добавление к высочайшему разрешению начать работы под Недвиговкой, государь повелел, "что посему главная цель всех предпринятых разысканий состоит в открытии художественных произведений древнего искусства" и прямым текстом передал через Перовского: копай курганы.

Законопослушный П.М. Леонтьев приступил к раскопке курганов. И ему страшно не повезло! В отличие от крымских и курганов черноморского побережья Кавказа, в отличие от царских курганов скифов курганы меотов и сарматов оказались разграбленными целиком. Пустые Ростовско-Таганрогские курганы только отняли время.

У Леонтьева чесались руки на городище, а его заставляли копать и копать курганы... И в один прекрасный момент Павел Михайлович понял вдруг, что самодержец не удовлетворится его отчетом о том, как группа археологов натыкается на пустоту в одном кургане, другом, третьем...

Гнев государя ему обеспечен в любом случае. И Леонтьев, сняв часть рабочих с курганов, бросает их на раскопки городища Недвиговки. Потом Леонтьев станет знаменитым первооткрывателем Танаиса, а пока он самовольно закладывает первые раскопы на городище, которое предположительно может быть Танаисом.

Получая отрицательные результаты с курганов, которые все еще продолжали копать, Павел Михайлович бросает на городище все новые и новые силы. Наконец, получилось так, что все основные группы рабочих трудились на городище.

Силы нужны были колоссальные. Ведь городище 225x240 м2, что составляло более десяти тысяч квадратных сажен, требовало не только затрат физического труда, но и умных рук, "вдумчивой лопаты". Тем более что, едва появились первые результаты раскопок, они оказались тоже не подарком. Вместо богатого древнего греческого города, ожидаемого на сем ычисленном месте, Леонтьев раскопал примитивную керамику, изготовленную без гончарного круга, грубую и невыразительную; раскопал кривые стены из необработанного, необтесанного камня, сложенные без всякого учета хоть каких-нибудь греческих традиций или законов строительства. Вместо мощных городских стен толщиной хотя бы метра в три - какой-то столь же примитивный вал из мелких камней, на крепостную стену совсем не похожий...

Может быть, конечно, Павел Михайлович и догадывался, что попал на позднейшее строительство, которое может и не иметь отношения к грекам, поскольку осуществлялось в те времена, когда в городе (или на остатках погибшего города) могли жить какие-нибудь кочевники, предпочитавшие жить в кибитках, а есть и спать у костра. Но подобная неудача заставила его содрогнуться: все обстоятельства, словно сговорившись, были против полномасштабных и планомерных работ. Не везет так не везет - вот и весь сказ.

Найдены некоторые предметы и монеты. Но, во-первых, среди них нет ни одного и ни одной старше I века н. э. А во-вторых, где чернолаковая и краснолаковая керамика? Где античный размах? Понятно, что не Афины, понятно, что отдаленная северная провинция, но убожество ведь тоже имеет свои пределы. А он-то ожидал откопать - ну пусть не шедевры античного искусства, но хоть одну мраморную колонну, один карниз...

Разочарованный П.М. Леонтьев делает категорический вывод: это не Танаис. Но тут ему доносят: нашли осколки мраморной плиты с надписью. Потом - другую надпись. Сомнения исчезли. Да, оказалось, Танаис был такой, и только такой. Плита была вделана в стену башни и найдена под землей, среди обломков этой самой башни, в развалинах. Надпись на плите гласит: "восстановлена башня и часть стены во времена царя Котия III, восстановлена в таком-то г. стараниями такого-то".

Радость открытия - радостью, но разочарование осталось. И Павел Михайлович, размышляя о том, почему ожидания и действительность так сильно расходятся, хватается за спасительную мысль: ведь Страбон написал, что тот, прежний Танаис был разрушен боспорским царем Полемоном в самом конце I века до н. э. Значит, этот Танаис, город, рожденный лишь в I веке н. э., взял от прежнего только имя. "Уже одна кладка стен из необтесанных камней и чрезвычайно небрежная вполне убеждает, что тот Танаис, развалины которого мы имеем в Недвиговском городище, не только не есть греческий город хорошего времени, но и вообще не есть чисто греческий город. Греки никогда, даже в византийское время, не строили так дурно..." - написал потом Павел Михайлович. Это не тот Танаис, не полемоновский. О послеполемоновском Танаисе не говорит ни один древний автор. И хотя раскопки доказали, что он все же существовал, следует думать, что тот Танаис, который был разрушен Полемоном, был где-то в другом месте.

И Леонтьев засел опять за чтение древних авторов - Страбона и Птолемея. Павел Михайлович принялся систематизировать все свои знания о древностях Нижнего Подонья. Затем он переправился через Мертвый Донец и внимательно осмотрел все то, что осталось не изученным Стемпковским в его поездке в 1823 г. А это - курганы "Пять братьев" в окрестностях станицы Елисаветовской и прилегающие к ним территории. Археолога ждал успех на этом поприще: он нашел неизвестное городище! По площади оно превышало Недвиговское и было обнесено двойным валом. Он сделал пробные раскопы. Они, конечно, не доказали, что вновь обнаруженное городище и есть дополемоновский Танаис, но там Павел Михайлович обнаружил черепки амфор, другие греческие вещи, а также мелкие золотые и серебряные украшения.

Отчитываясь о проделанной работе, Леонтьев не утверждает категорично, что нашел первый Танаис, но оставляет для этого заключения вполне реальную возможность. И ровно на сто лет порождает заблуждение о двух Танаисах! Танаис, открытый в Недвиговке Стемпковским и раскопанный Леонтьевым, ученые окрестили Танаисом Младшим. В 1867 г., через 12-13 лет после раскопок Леонтьева, Императорская археологическая комиссия решила возобновить изучение Недвиговского городища. Раскопки возглавил представитель комиссии барон фон Тизенгаузен.

Впрочем, копать он должен был не столько в Недвиговке, сколько... все в тех же курганах, чтобы добыть новые драгоценности и "высокохудожественные изделия древних мастеров" для Императорского Эрмитажа.

Владимир Густавович Тизенгаузен позже прославился именно находками в курганах. А еще он был одним из ведущих специалистов по восточным монетам, написавшим по этой проблеме несколько книг. Он раскопал богатые курганные погребения "Семь братьев" недалеко от Анапы.

В Недвиговке же Тизенгаузену вместо золотых украшений попадались то каменные грузила рыбаков, то примитивные зернотерки, то столь же примитивные горшки из черной глины... Прежде всего сам считая свою работу полной неудачей, Владимир Густавович лишил науку подробного отчета об этих раскопках, потому что в сводном отчете Археологической комиссии, скрупулезно переписав чужие отчеты, своему уделил всего несколько строк.

Не обошлось и без курьезов. В конце 1860-х гг. при строительстве участка железной дороги Ростов - Таганрог рабочие, занимавшиеся ломкой камня в районе Недвиговки, но ничего не знавшие об археологических раскопках Танаиса, открыли его заново. Сообщение об этом появилось в 1869 г. в "Донских новостях", а затем и в петербургских газетах. Там говорилось о гигантском подземном ходе, который вел то ли на ту сторону Дона, то ли в Азов. Говорилось также о кладе, состоявшем из нескольких фунтов золотых монет и золотого венка. Председатель Археологической комиссии граф С.Г. Строганов имел по этому поводу переписку с наказным атаманом Войска Донского М.И. Чертковым. Чертков, в свою очередь, направил в Недвиговку с проверкой директора новочеркасской гимназии Робуша и художника Ознобишина.

Те и впрямь доставили в Новочеркасск обнаруженные при каменоломных работах танаисские надписи, а на месте обследовали "подземный ход", оказавшийся водостоком из города в реку. Слухи о золоте тоже оказались преувеличенными настолько, что с ними можно было не считаться.

Тем не менее, зная, что слухи не возникают на пустом месте. Археологическая комиссия опять шлет своего представителя, которым стал Петр Иванович Хицунов, проживавший тогда в Таганроге и уже проводивший раскопки в Крыму и в Тамани, с поручением исследовать Недвиговское городище и "другие древности Дона". Комиссии, шедшей на поводу у алчных правителей, опять захотелось золота для Эрмитажа. С подземного хода Хицунов и начал. Сделал тот же вывод, что и Робуш: это был канал для сточных вод, спускаемых из города.

Если говорить о конкретных результатах раскопок, проведенных Хицуновым, то он обнаружил множество новых надписей, которые и были отправлены в пяти больших ящиках (общий вес 44 пуда 10 фунтов) в Петербург. Еще Петр Иванович раскопал каменную печь для обжига керамической посуды.

Раскопки в Недвиговке приостановились на неопределенное число лет. С 1870 г. до самого послереволюционного времени, когда все памятники древности были объявлены народным достоянием, находящимся под охраной советского закона, в течение 50 лет местные жители растаскивали городище на собственные нужды.

Потом, до революции, всплеск интереса Археологической комиссии к Танаису возник всего один раз. Это произошло после того, как жители раскопали некрополь и обнаружили богатую могилу. В ней нашли серебряный сосуд, золотую гривну (шейное украшение) и золотой венок. Это было в 1908 г. Археологическая комиссия тут же поручила известному археологу Николаю Ивановичу Веселовскому немедленно начать раскапывать некрополь Танаиса. Веселовский копал в 1908 и в 1909 гг.. Ничего интересного для комиссии и императора Николай Иванович не откопал.

После 1909 г. раскопки прервались почти на 50 лет. В 1950-е гг. советские археологи под руководством Д.Б. Шелова добыли новые данные, позволившие написать экономическую, политическую и культурную историю Танаиса.

История города разбивается на три четко прослеживаемых по археологическому материалу этапа. Первый этап - III-I вв. до н. э.; второй этап - I-III вв. н. э.; третий этап - последняя треть IV в. - начало V в. На рубеже первого и второго этапов город был не разорен, а все же разрушен боспорским царем Полемоном. Так и не выяснено, за что же всетаки Полемон разрушил Танаис. Город исправно расплачивался с боспорским царями, и проблем с Пантикапеем у него не было. И вдруг - с Танаисом случается то, что вообще очень редко происходит, ибо произошло от "своего" царя. В истории мы найдем немного примеров подобного отношения правителя к "своему" городу.

Ну, допустим, в русской истории есть такая страница с сожжением Новгорода Иоанном Грозным в 1570 г. Однако, как выясняется, Новгород, практически два с половиной века бывший почти независимой республикой внутри феодального государства, действительно "добился" от царя такой участи (не станем сейчас оценивать, кто из них был прав). Наказав Новгород и ликвидировав его права, мешавшие централизованной московской власти, Иоанн Грозный установил на Руси единый и неделимый порядок. Здесь все трагично, но ясно. А за что же сжег и разрушил Танаис Полемон?

Есть предположения, не имеющие четкого доказательства до сих пор. У Страбона сказано очень скупо: "Недавно его разгромил царь Полемон за неповиновение". Можно сколь угодно долго гадать над этой короткой строчкой. А можно принять так, как написано, и тогда все может проясниться. Ведь "неповиновение" - это совсем не то, что "неуплата" или "отказ платить".

Царь Полемон, посаженный на трон римлянами, правил Боспором с 14 по 8 г. до н.э. В эти-то шесть лет он и разрушил Танаис. Танаис не единственный город, занявший отрицательную позицию по отношению к новому царю. Вся недолгая история правления Полемона - это история борьбы царя с мощной оппозицией, то есть с собственными подданными.

В конце концов борьба закончилась гибелью Полемона. То, что произошло с Танаисом, нельзя сравнивать с судьбой Карфагена или другого города, который завоеватели разрушили до основания и стерли с лица земли. Здесь речь шла только о наказании. Видимо, проблема ослабления Боспора в Меотиде и прилегающих землях была менее важной, чем задача наказать. Однако, как подтвердили археологические изыскания, Полемон разрушил не весь город: сгорела западная его часть. А история Танаиса пошла вперед практически без всякой остановки. Вероятно, "наказание" мало сказалось на торговых делах в регионе, и Танаис продолжал жить собственной полнокровной жизнью, быстро оправившись от трагедии. Только та, сожженная и разрушенная, часть города больше так и не отстраивалась. Возможно, в память о постигшем Танаис несчастье.

О вторичном разрушении Танаиса мы поговорим позднее, а пока посмотрим, что же представлял собою этот торговый и богатый по тем временам город. Ранний город состоял из трех частей. Первая часть - основная территория. Вторая - примыкающий к ней западный район. Третьей частью являлся приречный район, который никак невозможно исследовать из-за существующей ныне застройки. Скорее всего, основная часть материалов просто безвозвратно потеряна: человек вел хозяйственную деятельность, и он использовал или выбрасывал те находки, что попадались ему в земле в результате этой хозяйственной деятельности. Может оказаться, что, например, некоторые дома возведены с частичным использованием под фундамент каких-либо древних построек, что не только бывает, но и наблюдается в истории повсеместно.

Оборонительные стены в Танаисе возведены в самом конце III или в самом начале II века до н.э. Раскопками открыты западная и южная оборонительные стены. Камень, из которого они сложены, подтесан лишь слегка и укреплен на глине. Наружный панцирь стены состоит из более мощных камней, чем внутренняя часть. На южном конце западной стены возведена прямоугольная оборонительная башня, сложенная из тесаных блоков. Одновременно с западной стеной были построены стены примыкающих к ней зданий. Известный с древности способ экономного строительства городов. Кстати, здесь и лучше сохранились ранние постройки. В I веке н.э. дома появляются вне стен города. Отчасти это произошло потому, что Полемон разрушил внешнюю стену, и город оказался незащищенным. Восстановление разрушенной внешней стены началось не сразу.

В начале II века город опять превращается в крепость со сторонами 225 и 240 м. Вокруг Танаиса сооружается ров шириной 10-13 м. Частично он выкапывается, частично же выдалбливается в материковой скале. Глубина его - 7-8 м. К западной стене снаружи пристраивается дополнительный панцирь, и толщина стены делается вместо трех метров - 4,8 м. Новые четырехугольные башни выступают далеко за линию стены. Открыты четыре промежуточные башни с помещениями. Вдоль западной стены проходила узкая улица. От нее к городским постройкам спускалась каменная лестница. Еще одна улица выявлена раскопками, она пересекала город с запада на восток. На северо-восточном участке городские помещения отстояли от стены на полтора - два метра. Это пространство было занято специальной насыпью камня и суглинка, откосом дополнительно укреплявшей стену. Открыта небольшая площадь в центре города, а также одно из зданий, которое могло играть роль общественного. Открыты культовые здания.

Есть чисто культовые находки - алтарь, семь глиняных штампов для оттисков на ритуальных хлебцах. А также пять маленьких лепных сосудиков для воскурения (с дырочками в стенках).

Обнаружены торговые подвалы зажиточных купцов и торговцев состоянием пониже. Встречены предметы, принадлежащие к разного рода ремеслам, хозяйственный инвентарь. Открыты печи для выпечки хлеба. Обнаружено, что жители занимались животноводством и особенно рыболовством. На втором этапе жизни города произошло важное событие: в Танаисе, единственном из открытых в этом регионе городов, появилось стеклодельное ремесло. Производились изделия, подобные тем, которые изготавливались мастерами с Рейна и привозились издалека.

Обнаружен склад крупного посредника-торговца. В его подвале найдено примерно 390 амфор, в некоторых частично оставалось содержимое. Около сотни амфор были готовы для того, чтобы их заполнили нефтью. Лабораторный анализ подтвердил, что в этих сосудах хранилась именно нефть.

Танаис подчинялся боспорским царям, а те управляли городом через своих посланников. Во главе магистратуры стоял эллинарх, а с ним несколько архонтов танаитов. Были и другие должности - диадох, стратег, граждан, лохаг танаитов, просодик, простаты. Интересно, что, обнаружив предметы и помещения культово-ритуального характера, ученые не смогли найти имен богов, каким поклонялись в Танаисе. Есть лишь достоверное знание о том, что существовал некий верховный бог.

Ранний некрополь носит черты некрополей чисто греческих городов. Некрополь второго этапа больше похож на смешанный греко-скифского типа. Есть немногочисленные погребения сарматского типа. Как правило же, в одной могиле встречаются черты как греческих, так и сарматских захоронений. В I веке появляются могилы с каменными оградами, аналогично скифским памятникам. В то же время появляется обычай хоронить детей (младенцев) в амфорах.

Взрослых покойников хоронили либо в простых могильных ямах, либо в гробах. До I века существовал способ установки надгробных камней антропообразного типа - плоский прямоугольник (призма), увенчанный дискообразной частью, а также встречаются плиты стреловидной формы. Ориентировка покойников в основном головой на восток. Есть единичные захоронения с южной и юго-восточной ориентировкой.

Танаиты в значительной степени занимались рыбной ловлей: каменные и изредка металлические грузила предназначены для использования их в сетях. Обнаружены несколько помещений для хранения и переработки рыбы. Рыба поступала в продажу на вывоз как свежая, так и соленая.

Вероятно, была также вяленая. Скорее всего, донские осетры доставлялись в Рим в живом виде, хотя это и стоило очень дорого - патриции могли себе это позволить. Основные виды промысловых рыб: осетр, севрюга, стерлядь, сазан, сом и другие.

Кроме торговли жители города занимались различными ремеслами. В том числе, как говорилось, производством стекла, ювелирным искусством, гончарным (примитивно), строительством, хлебопекарным и кузнечным делом.

Существовали религиозные союзы, объединявшие представителей верхних слоев населения - высших чиновников, аристократов, купцов. Списки членов этих союзов (фиасов) сохранились на мраморных плитах.

Образ жизни горожан, скорее всего, не подразделялся на греческий, сарматский, меотийский. В короткое время после возникновения фактического общежития образ жизни сделался ближе к усредненному. Разделение народов происходило скорее по сословному признаку. Но и здесь в чертах "Бога высочайшего", вероятнее всего, слились черты Зевса греческого, Сабазия фракийского, бога Яхве и христианского Бога Отца.

Любопытно, что танаиты ежегодно праздновали некий "день Танаиса". Скорее всего это был праздник восстановления города после "наказания" его Полемоном.

К III веку н.э. завершено создание оборонных сооружений города. Они значительно усилены в сравнении с теми, чем были прежде. Вероятнее всего, жителей уже стали донимать неизвестные пришельцы. Если скифы, сарматы, меоты и другие здешние народы, даже находясь в состоянии войны, прекрасно знали, что у врага можно разрушить, а что следует сохранить (как это в более ярком виде проявилось в завоеваниях Вавилона), то теперь пришел, вероятно, совсем чужой завоеватель, для которого не было ничего святого. А Танаис лежал на стыке торговых путей и кочевых перемещений, поэтому он первый и должен был подвергнуться неприятной процедуре разграбления.

Судя по тому, что танаиты всерьез занимались укреплением города, видимо, опасность уже была близка. Враг приходил как с востока, так и с севера.

Именно в III веке в Северное Причерноморье вторглись завоеватели. Эти племена и разрушили Танаис.

Еще Леонтьев писал: "Развалины города показывают, что это разрушение было самое страшное, какое только можно себе представить: в городе почти не осталось камня на камне; от весьма многих стен сохранились нижние ряды каменной кладки; башни разрушены почти до основания, и самые погреба засыпаны развалинами обрушившихся строений... В разорении участвовал огонь, которого следы видны почти везде во внутренней части города и на внутренней стороне городских стен и башней; одна из открытых башней обгорела со всех сторон.

Леонтьев считал, что гибель Танаиса наступила от рук гуннов. Но гунны вторглись в Причерноморье в конце IV века, а Танаис разрушен около середины III века. Скорее, это были племена готского союза.

После разграбления и уничтожения города оставшихся в живых жителей Танаиса готы, очевидно, увели с собой. И Танаис опустел на более чем 100 лет. До сих пор ученые не знают, как это на самом деле произошло.

Через долгое время в развалинах города поселился совсем новый народ. Это он насыпал вал, так не понравившийся своей примитивностью Павлу Михайловичу Леонтьеву. Скорее всего, именно он изготавливал керамику, которую в IV-V веках трудно было назвать керамикой. Они не позаботились не только о правильности сооруженных кое-как домов, об их красоте; они не думали даже о прочности. Каменные завалы внутри города они разобрали лишь настолько, насколько это было необходимо, чтобы ходить не спотыкаясь. А может быть, эти люди были столь малочисленны, что это было им не под силу?..

Число археологических находок, относящихся к третьему периоду, очень невелико. Осколки керамики только боспорского производства, несколько бронзовых монет второй половины IV века. Все эти монеты римские, потому что боспорские цари перестали чеканить монету.

Впрочем, есть одна интересная находка этого периода - костяные обкладки сложного лука, относящегося по конструкции к гуннским лукам.

Поселение было варварское, ничего общего не имевшее с первыми двумя цветущими периодами. Наконец, в конце IV или начале V века город окончательно перестал существовать.

Последнее редактирование: 06 03 2012, 23:51:36 от Administrator

 

 

Страниц: 1 2 | ВверхПечать